Великий иудейский мыслитель XII века Йепуда ha Леви создал «Книгу доводов и доказательств в пользу гонимой веры». Где вы в этой книге встретите евреев? В лучшем случае автор говорит о «сынах Израилевых». И суть книги в том, что ребе уговаривает хазарского царя Кузари прийти именно в его религию. Абсолютно ясно видно, что религии соперничали, боролись за своих последователей. Эта книга — базовая классика иудаизма. С началом гонений начнется инкорпорация иудеев и появится традиция называть всех приверженцев иудаизма евреями в силу окончательного оформления иудаизма в качественно новой ипостаси. А остальные страны мира так и продолжают называть их иудеями. Сейчас же во всем мире светское определение «еврей» больше основывается на личной самоидентификации и активности, чем на галахических канонах.
Непонимание доходит иногда до анекдотизма: вот что читаю я в редакционном предисловии (редактор — наш современник) к книге ЙеЬуды ha Леви: «Великий еврейский философ и поэт Галеви жил в Испании, которой в то время владели арабы (!)».
Как говорит немецкая поговорка, это слишком угловато для моей круглой головы.
Давайте разбираться.
Омар Хайям (ок. 1048 — после 1122) — араб с еврейским именем («
Не похоже, чтобы такие стихи писал мусульманин в современном понимании этого слова. Да и всей идеей своих рубайи он проповедует божественное начало ну никак не новых религий.
Такое мироощущение было характерно в те времена для традиционной религии.
Радоваться жизни — это было безусловное требование той религии: Не молящимся грешником надобно быть — Веселящимся грешником надобно быть.
Так как жизнь драгоценная длится не долго…
Даже «рубай» — слово древнееврейское и переводится как «божественные поучения». А слово араб переводится как «учитель». И вообще, имена многих великих ученых того времени «говорящие» и легко переводятся. Например, Ибн Сина (Авиценна) — «сын Синая», Ибн Ружд (Авер-роэс) — «наставник», и т. п. Возможно, что слово «араб» (ученый, учитель) в какое-то время указывало на принадлежность к ученым слоям древних людей, а потом уже стало этнонимом. А то как-то неловко получается: всех ученых раннего средневековья историческая наука причисляет к арабам, несмотря на то что жили они в разных местах планеты: в Египте, в Испании, в Средней Азии, в Греции и т. д.
Кажется весьма вероятным, что среди жителей Пиренейского полуострова даже атеистические суждения в то время не воспринимались верующими как жестокое оскорбление, а атеистическое мировоззрение как аномальное. Иначе как объяснить такую открытость атеистических взглядов не только Хайяма, но и многих других его современников? Например, выдающийся арабский поэт н мыслитель Абу-ль-Аля аль-Маарри (973-1057 или 1058) из Сирии в своем сборнике стихов «Обязательность необязательного» писал:
Совершенно очевидно, что время религиозной нетерпимости в бытность Абу-ль-Аля аль-Маарри и Хайяма еще не настало. Несмотря на уже появившиеся различия в понимании религиозных догматов, люди жили мирно; даже у христиан (мосарабов) сохранялся обряд обрезания крайней плоти.
Более того, великий религиозный мыслитель Моше Абен Эзра (1060–1135), помимо того, что написал около 250 иудейских трактатов, еще и составил антологию испанских христианских и мусульманских поэтов, названную им «Книга диалогов и воспоминаний».
Некоторые источники называют его Ибн Эзра.
