Кровь хлынула ручьём из носа и ушей Таши, и она с облегчением нырнула в чёрную, пульсирующую пустоту, не сомневаясь, что дозовётся до своего некроманта, где бы он ни находился. Пусть он сейчас бьётся над задачей спасения галактики в реальном мире – она подождёт его на изнанке миров, будучи максимально близко на случай беды.
И вот она снова в лапах шевелящейся мглы, снова дезориентирована и ощущает на себе мертвенный взгляд, направленный будто бы со всех сторон. Однако на этот раз страха нет – она благодарна пустоте, что та способна мигом донести её до Стейза. Перед ней привычно замерцал туннель, но, бесстрашно двинувшись вперёд, Таша впервые в жизни (или впервые в смерти?) наткнулась на невидимую стену.
– Извини, девочка, твои прогулки в пустоте сейчас не к месту, – набатом прозвучал знакомый старческий голос и перед ней возник силуэт Брилса. – Дай стратегу умереть героем – в современном, скучном и приторно мирном обществе мало кому выпадает такой шанс.
– Вы такой же ненормальный «покойник», как я. Так и подозревала! Всё-таки это вы устроили теракты в туннелях! И со мной тоже – специально искривили туннель, когда Стейз выдернул меня из горящего дома! – выкрикнула Таша.
– Да, с тобой пришлось повозиться мне, иначе твоё появление в мирах Альянса вышло бы слишком преждевременным и не сопровождалось бы нужным эмоциональным накалом. Впрочем, тебе это уже объяснялось. Не пытайся пробиться мимо меня: я давно изучил особенности этой пустоты, которую ты всегда трусливо избегала. Я умею управляться с подпространством, а ты так и не удосужилась этому научиться, прыгая по планетам в тщетных попытках обернуть вспять неисправимое. Воскресай, горе-покойница, найдёшь себе другого некроманта.
И Ташу вышибло в физическое тело с такой силой, что оно вдавилось в упругие стенки медицинской капсулы, в которую её засунул Военный стратег.
Датчики загудели и замигали, в вены впились иглы, впрыскивая лекарства и стимуляторы.
– Не двигайтесь, полежите, – склонились над ней медики.
– Где Оррин? Немедленно сообщите ему, что Брилс – такое же исключение, как я! Он тоже способен управлять пустотой без всяких приборов! – закричала Таша и увидела над собой встревоженное лицо Оррина.
– Я тебя слышу, – заверил он.
– Брилс не даёт мне пройти в туннель и добраться до Стейза! Сделай что-нибудь!!! Что с четвёртым кругом защиты?
– Ещё держится. Пустотная полость скоро стабилизируется, но, согласно расчётам, Стейз вряд ли успеет уйти...
Стиснув зубы, Таша выдернула иглы из вен и выбралась из капсулы. Медики хотели запротестовать, но осеклись под мрачным, полубезумным взглядом бывшей обитательницы закрытого мира. Наверное, их остановила впервые увиденная в глазах разумного существа готовность убивать.
Шаг в пустоту – и глумливая усмешка Брилса, отправляющего её обратно в тело и сознание. Мелькание кадров из двух миров: реального, с белыми лицами медиков и яростными лицами сотрудников Военного стратега, что-то орущих в эфир, и потустороннего, с торжествующей гримасой старика-авгура. Отчаяние и ненависть лавиной нарастали в Таше и взорвались огненной волной при общем крике:
–
Полный душевной боли многоголосый вопль сработал детонатором, и Таша пушечным ядром пронеслась в глубины мерцающей пустоты мимо призрачного облика своего врага. На неё неожиданно навалилась немыслимая тяжесть, чувства будто выключились, дыхание замерло. Она попробовала вдохнуть – не получилось. Попробовала осмотреться вокруг – и ничего не увидела. Непроглядная чернота, оглушительная тишина, в которой не слышен даже стук собственного сердца.
«Как интересно, – зазвучал прямо в голове голос ненавистного авгура, – впервые вижу прямое перемещение в пустоту в материальном теле. Ты пытаешься дышать
Чувство звериной ярости Таша утопила на дне души. Авгур не важен, важен Стейз. Раз он не выбрался за пятый круг, то сейчас заживо сгорает в своём убежище, поглощённом взорвавшейся звездой! Он вытащил её из горящего дома – она выдернет его из недр ядерного взрыва. Главное – не пытаться дышать: это бесполезные усилия, заливающие сознание паникой и не дающие никакого результата. Не пытаться что-то рассмотреть в кромешной тьме отсутствующего пространства. Её потусторонняя связь со своим некромантом всегда была вне видимого мира: она безошибочно находила его каким-то внутренним чутьём, её всегда перебрасывало к нему, чаще всего – совершенно бессознательно. Если бы Стейз успел уйти в подпространство, она бы уже его нашла. Итак, он не успел... в соответствии с расчетами, в которых лучшие учёные множества галактик, конечно же, не ошиблись...
Мысли заполошно метались, не мешая Таше всеми фибрами души тянуться к своему некроманту. Она выдернет его из адского пекла! У неё просто не получится НЕ выдернуть! Нить призрачной связи протянулась вне времени и пространства, и Ташу затопило немыслимой болью. Болью, пришедшей извне, – чувствами Стейза.
Жив!!!
