К концу войны корпус фон Паннвица насчитывал более 20 тысяч человек. Чтобы не допустить пленения казаков советскими войсками, он организует прорыв корпуса в Каринтию. Эта территория входила в британскую оккупационную зону.
Именно там 11 мая 1945 года в присутствии британских офицеров генерал принял парад Донского казачьего полка, после чего казаки сложили оружие.
Англичане обещали не выдавать советским властям казаков, но не сдержали своего слова и от 45 до 50 тысяч казаков, воевавших на стороне Германии, а также беженцев (женщин, детей и стариков), ушедших с немцами с Терека, Кубани и Дона в Лиенце и Юденбург, были выданы советским властям. Видя свою обреченность, многие казачьи семьи заканчивали жизнь самоубийством.
Командир корпуса генерал-лейтенант фон Паннвиц повел себя на предварительном следствии достойно и заявил следователям СМЕРШ, что хочет разделить участь своих бойцов в России, считая, что таков закон войны — побежденный отвечает и за себя, и за подчиненных, и вместе с подчиненными.
Паннвиц, несмотря на то что являлся гражданином Германии, был признан государственным преступником и осужден вместе с Красновым, Шкуро, Султан-Гиреем, Клычом и Домановым к ВМН.
Его повесили 16 января 1947 года вместе с вышеперечисленными представителями оппозиционного казачества.
В газете «Русская жизнь», издаваемой в Сан-Франциско, 6 августа 1955 года была опубликована статья о генерале Гельмуте фон Паннвице — «Немец с русским сердцем». В ней говорилось:
Пройдет время, и в 1971 году белоэмигрант, ставший парижанином, И. И. Сагацкий напишет стихотворение, посвященное генералу фон Паннвицу. Там есть такие слова:
Английское руководство предало и русских казаков, и их немецкого предводителя генерала Гельмута фон Паннвица, потому что генетически ненавидело Россию и ее граждан.
