«Кажется, сама судьба захотела нам дать тут знак. Беря на себя ответственность за большевизм, Россия отняла у русского народа ту интеллигенцию, которая до сего времени создавала и гарантировала ее государственную прочность. Ибо организация русской государственности была не результатом государственно-политических способностей славянства в России, а в большей степени лишь чудесным примером государствообразующей действенности германского элемента в неполноценной расе…

Столетиями жила Россия за счет этого германского ядра своих высших руководящих слоев. Можно считать, что сегодня оно почти без остатка истреблено и уничтожено. На его место пришел еврей. Насколько невозможно для русского как такового сбросить собственными силами иго еврея, настолько же невозможно для еврея надолго удержать в своих руках могучую империю.

Сам он не является элементом организации, а есть фермент разложения. Гигантская империя на востоке созрела для крушения. И конец еврейского господства в России будет и концом России как государства. Мы избраны судьбой стать свидетелями катастрофы, которая явится мощнейшим подтверждением правильности расовой теории фелькише».

Так начиналась в Германии година всеобщего зверства.

Ошибались нацисты и с евреями, и с концом России как государства. Под ударами Красной Армии, в которой воевали практически все народы и народности, населяющие территорию СССР, пришел конец на двенадцатом году «тысячелетнему» Третьему рейху.

* * *

После поражения Германии в Первой мировой войне и с подписанием позорного Версальского договора с разными ограничениями и оговорками со стороны Межсоюзнической военной инспекционной комиссии немецкий «промышленный гигант» в лице Круппа переключился на производство мирной продукции.

Теперь на стенах его компании появился лозунг: «Wir tun alles!» («Мы делаем все!»). Товары от самокатов до паровозов, от цепей и до кассовых аппаратов производились на конвейерных линиях.

Крупп даже стал выпускать новый тип затворных механизмов из нержавеющей стали. Они разрабатывались в период войны для палубных пушек на подводных лодках. Детали из обыкновенной стали соленая вода быстро съедала коррозией, что чревато было заклиниванием затворов и выходом их из строя во время боевого применения.

В то же время Густав Крупп осуществлял подготовку для массового перевооружения, согласуясь с идеями руководителя рейхсвера генерала Ганса фон Секта, который утверждал, что «война является высшим пределом человеческого подвига».

Это была парадигма перспектив Германии:

«Самое важное, что ни мирный договор, ни враг не могут отобрать у нас мужественную мысль. Когда судьба снова соберет немецкий народ под ружье, — а этот день неизбежно наступит, — тогда она отыщет людей не слабовольных, которые дружно возьмут праведное оружие. Не важна форма такого оружия, если им будут владеть стальные руки и железные сердца».

В середине 1920-х годов Германия столкнулась с самым суровым кризисом. Это особенно ощутили простые граждане и эмигранты из России, побежавшие из Берлина в Париж. Местная валюта крайне обесценилась. В январе 1923 года при спорах о репарационных платежах французская армия оккупировала богатый углем Рур. Инфляция в Германии достигла такой высоты, что для покупки обычной буханки черного хлеба требовалась тачка, нагруженная немецкими марками.

Сепаратизм в Баварии, беспорядки левых в Тюрингии и Саксонии, забастовки и манифестации в Берлине заставили поволноваться президента Эберта. Он вызвал генерала Секта на экстренное заседание правительства.

Перейти на страницу:

Все книги серии Мир шпионажа

Похожие книги