Выбравшись из комнаты, Джеймс поспешил следом. Стараясь ступать так, чтобы ступени не скрипели, он поднялся на третий этаж. Пригнувшись, высунул голову.
Коридор третьего этажа был точь-в-точь таким же, как и коридор на втором: темные, почти полностью сглоданные темнотой стены, портреты в тяжелых рамах и четыре двери. Возле одной из них аптекарь и доктор остановились.
Доктор Доу поставил саквояж на приставленный к стене у двери стул, снял пальто и цилиндр и положил их рядом с саквояжем. После чего раскрыл висевший тут же одежный чехол и извлек из него тяжелый с виду кожаный плащ с пелериной и едва ли не дюжиной болтающихся ремней. Надел его.
Лемюэль бросился помогать – начал затягивать пряжки на спине доктора одну за другой, и вскоре последний оказался облачен в тугой черный кокон, маслянисто поблескивающих в свете лампы.
Джеймс потрясенно наблюдал за приготовлениями. Руки его задрожали. Перед глазами предстал лепрозорий «Чуменнен», в который много лет назад поместили дедушку Джеймса: там были заперты прокаженные и чумные, которые в приступах безумия набрасывались друг на друга и на докторов. Подобные костюмы носили там!
«Неужели все это нужно для лечения несчастной женщины?! Значит, Лемюэль говорил правду? Миссис Лемони действительно заразна?»
Доктор тем временем надел черную кожаную маску с длинным носом-клювом и круглыми стеклянными вставками для защиты глаз. После этого он заменил перчатки: те, что он достал из чехла, были грубыми и толстыми, они достигали локтей и так же крепились на ремнях; Лемюэль помог затянуть и эти ремни.
Преображение завершилось. Доктор Доу выглядел, как кошмарный черный дух, выбравшийся из разверстой могилы.
Он достал из саквояжа какой-то странный прибор весьма пугающего вида, который напоминал двузубую вилку с катушкой и ручкой. Несколько раз прокрутив ручку, доктор отжал рычажок, и между двумя зубчиками с жутким треском заплясала синяя извивающаяся нить.
– Прошу вас, – взмолился Лемюэль, – только не будьте к ней жестоки.
– Боюсь, это невозможно, – раздался глухой голос из-под маски, и доктор кивнул на дверь.
На негнущихся ногах Лемюэль подошел к двери комнаты супруги и, достав из кармана ключ, отпер замок.
Доктор напоследок бросил: «Заприте за мной», – и нырнул в комнату.
Лемюэль несколько раз повернул ключ и отпрянул от двери.
Из комнаты тут же раздались крики:
– Не подходите, вы, ужасный человек! Не трогайте меня! Лемюэль! Помоги мне! Прошу тебя, помоги! Защити меня от него!
А затем крик превратился в жуткий визг.
Лемюэль шагнул к двери и взялся за головку ключа.
– Доктор! – воскликнул аптекарь.
– Не смейте! – закричал доктор Доу из комнаты, и его голос будто хлыстом стегнул Лемюэля – тот отпрянул к стене и зажал уши руками.
Джеймс, как бы ни хотел, не мог последовать его примеру. Не в силах пошевелиться, он выглядывал с лестницы и слушал. Слушал ужасные звуки, раздающиеся из комнаты…
…Доктор Доу пробыл с миссис Лемони не больше двадцати минут. В какой-то момент в ее комнате все стихло, а затем прозвучало: «Мистер Лемони, открывайте!»
Аптекарь выпустил доктора. Джеймс видел, что, когда тот выходил, Лемюэль изо всех сил старается не заглядывать в комнату, при том что отчаянно хочет это сделать. Оттуда раздавались всхлипы, слабый женский голос звал: «Лемюэль… Лемюэль…»
Ключ повернулся в замке, и пациентка снова оказалась заперта в своей «палате» и в своем отчаянии.
Доктор спрятал в саквояж электриситетный щуп и снял маску. Он тяжело дышал, его до того бледное лицо раскраснелось.
– Костюм, мистер Лемони, – сказал он, и аптекарь поспешил помочь ему снять плащ и перчатки, которые, как отметил Джеймс, были сплошь покрыты чуть светящейся рубиновой слизью.
– Как она, доктор? – спросил аптекарь, очевидно, опасаясь услышать ответ.
– Костюм пострадал. Вы видите эти разрезы на груди? Нужно попросить мадам Клопп заштопать их перед моим следующим посещением больной.
– Как Хелен, доктор? – добавив в голос злые нотки, спросил Лемюэль.
Доктор Доу поглядел на него утомленно.
– Я провел процедуру.
– Вы дали ей мое лекарство?
Доктор кивнул.
– Пока что рано делать какие-либо выводы. Оно начнет действовать в течение ближайших шести часов. О результате я смогу сообщить лишь завтра.
Кожаный костюм, птичья маска и перчатки вернулись в чехол. Доктор Доу надел пальто и цилиндр – по этому человеку больше нельзя было сказать, что он только что лечил, или правильнее будет сказать, мучил бедную женщину.
– Вы меня проведете?
– Конечно, – сказал Лемюэль, бросив преисполненный боли и сожаления взгляд на дверь комнаты супруги, и они направились к лестнице.
Джеймс сорвался с места и бросился вниз. Оказавшись в своей комнате, он неплотно прикрыл дверь и встал за ней, напряженно вслушиваясь в приближающийся звук шагов.
– Мой заказ готов? – спросил доктор, когда они с аптекарем спустились на второй этаж.
Джеймс выглянул в щелочку.
– Нет, я все еще жду последний…
Доктор остановился и глянул на Лемюэля так, что тот затрясся. Тени на стенах и полу коридора задрожали и поползли к аптекарю.
