– Спасибо, котяра. Годится, – поблагодарил я, с трудом отодвигая жиденькую дверь, вросшую в землю и перевитую стеблями травы.
– Всегда пожалуйста, – не промолчал Первый, – обращайся ежели чего.
– Что–то ты разговорился? – заметил ему я, входя в сараюшку и рассматривая полуразвалившиеся бочки, верстак, поломанные стулья, и другой бытовой хлам, – что–то случилось?
– Нет. Просто разговор поддерживаю.
– Понятно, – кивнул я, расчищая место, где из земли выходил канал энергии толщиной сантиметров двадцать, – а Чёрный где?
– На балконе, бдит.
– Вот, молодец. А ты тут разболтался, – укорил я.
– Доброго слова от тебя не дождёшься, – пожурил меня кот, – стараешься тут, стараешься, а в ответ только укоры.
– Да ладно, не обижайся, – удивлённо посмотрел я на кота, – не хотел тебя задеть.
– На котят обижаться себе дороже, – философски ответил Первый, – что с них, неразумных, возьмёшь?
– Так я, по–твоему, котёнок? – спросил я, снимая рюкзак и доставая из него мобильный портал.
– Конечно, – кот запрыгнул в заваленный хламом стол, – я уже Посвящение прошёл, когда тебя ещё и на свете не было.
– Да ну? – опять удивился я, – и давно это было. Посвящение твоё?
– Точно не скажу. Зим тридцать назад.
– Да ну? – я даже перестал возиться с порталом, – сколько же тебе лет?
– Это важно?
– Конечно.
– Возраст измеряется делами, которые ты сделал, а не тем, сколько зим ты пережил, – Первый явно был расположен к философствованию.
– Может быть, ну всё же, – я вернулся к установке портала.
– Да кто ж их считал? Года. Твоей эльфийке, вон, уже вторая сотня лет пошла. И что? Котёнок – котёнком. Ни разумности, ни житейской мудрости…
– Это да, – кивнул я, – как подумаю, что Анютка почти в четыре раза старше меня, жутко как то… Ладно, проехали. ЗАК, давай на этот портал Малый Комплекс Искусственного Интеллекта. И пакет концентраторов, а то без них, мы тут до китайской пасхи будем устраиваться.
«Отправлен запрос в хранилище ХОМПа», – доложил ИскИн, – «Начаты работы по комплектации заказа».
– А что такое «Китайской пасхи»? – тут же спросил Первый.
– Какой же ты любопытный, – отозвался я, – слезай со стола, нужно место под комплекс готовить, а этот стол почти всё тут занимает.
Утро в степи наступает очень рано. Когда только начинает светлеть восток, самый крепкий сон. Старый демон воспользовался именно этим временем, чтобы тайно отослать гонца к себе в стойбище. Дело в том, что Айран был практически уверен, что человеческий граф, которого он должен был доставить в клан своего Высшего, в караване не было.
Старый хитрец применил всю свою смекалку, чтобы вызнать наверняка, граф–оборотень действительно болеет, или тайно уехал. Но его пластуны недаром считаются лучшими в мире воинами. Все хитрости Айрана разбивались о беспристрастность телохранителей графа Андера. Но старый демон за свою долгую жизнь кое–что повидал. Неоправданно громкие команды пластунов «Его сиятельство желает обедать…», «…его сиятельство решил остановиться на отдых…», говорили ему что с графом что–то нечисто.
– Ты, Агван, скажешь Тумыну, что я велел уходить на дальние горные пастбища. Пусть идут к Двугорбой горе, на южный склон, – шёпотом давал наставления старый демон своему гонцу.
– Там же земли клана Хайдара. Быть беде.
– Ты не перебивай! – нервно сказал Айран, – все уже давно в степи. А будет Хайдар наседать, пусть молча уходят. Лучше с Хайдаром поругаться, чем под горячую руку Гариш–бышу попасть. Ты понял?
– Да Айран–акар, – примирительно ответил молодой парень.
– Ты охотник, должен эти места знать, – Айран вопросительно посмотрел на гонца, – Так? – спросил старик, не дождавшись ответа.
– Да. Вон за теми камнями, овраг. По нему можно дойти до самой долины Живой Грязи.
– Вот именно. Из лагеря ползком. Пластуны не спят. Заметят, пристрелят.
– Не заметят, Айран–акар. Я же дома. Тут и земля поможет, – возразил Агван.
– Ну, Святой Огонь тебе в помощь. Ступай.
Молодой охотник поклонился, поправил лук за спиной и, встав на четвереньки, ужом уполз в темноту, прочь от стоянки.
Старый демон, постоял, прислушиваясь. Но, кроме крика утренней птицы, ничего не услышал. Подняв небольшую вязанку хвороста, Айран двинулся к кострищу, находившемуся посередине ночной стоянки. Пройдя буквально пару десятков шагов, демон невольно вздрогнул, когда перед ним возник один из пластунов.
– Что, старик, бродишь?
– Да, вот, замёрз. Хочу водички согреть. Сушняка набрал, – начал оправдываться старый демон. Пластун помолчал, потом сказал:
– Давай, разжигай костёр. Тоже кипятка попью. Сейчас за водой схожу.
– Есть вода, есть, – торопливо проговорил Айран, так как ручей был в той стороне, куда ушёл его гонец, – сейчас огонь разведу… И травка у меня есть, отварчик сделаю.
– Да? Ну хорошо. Сейчас до ветру схожу, – парень ушёл, а старый демон двинулся к кострищу, моля Святой Огонь помочь Агвану добраться до дома.
