Вивьен вылезла из кареты, проигнорировав протянутую руку Кира, и поспешила за Августом, который уже стучал в деревянные двери. Вивьен чувствовала запах холодного камня, плесени и сырости. Невольно шагнула ближе к Киру. От незнакомого места дрожь бежала по телу ледяной рекой, руки немели, а губы дрожали. Вивьен едва сдерживала рвущийся наружу страх, но он нарастал с каждой минутой.
– Кто в столь поздний час меня тревожить смеет? – дряхлый, чахоточный голос прозвучал словно из-под земли.
Вивьен тихо вскрикнула и схватила Кира свободной рукой. Мужское тепло подействовало успокаивающе, и она мысленно отругала себя за глупые страхи.
– Путник, без семьи, без крова, но с огненным сердцем в груди, – певуче произнес Август и подмигнул Вивьен.
Она с трудом улыбнулась. Вспомнила про минутную слабость и поспешно отпустила руку графа. Мужчина никак не отреагировал на ее капризы. Он устало смотрел на церковь, и в его глазах плясали отблески огней факелов.
Внутри заскрежетало, и дверь медленно отворилась. Вивьен с удивлением разглядела молодого парня. Старческий голос никак не вязался с курносым носом и задорными глазами. Август передал ему свиток, скрепленный печатью с эмблемой Ордена. Постовой сломал ее и внимательно прочел послание. Потом окинул взглядом Кира и Вивьен.
– Накиньте капюшоны, – велел он, – и следуйте за мной.
Вивьен выдохнула и случайно наткнулась на взгляд Кира. Граф смотрел на нее с тихим напряжением, будто пытался заглянуть в мысли. Приложил палец к губам, призывая к тишине. И ободряюще улыбнулся. От короткой теплой улыбки церковь скинула с себя мрачное одеяние, и когда Вивьен вошла внутрь, ей было уже не так страшно.
Длинный коридор уводил их все дальше и дальше от выхода. Дрожащие огоньки на стенах, а также почти растаявшие свечи на канделябре постового – единственное освещение. Вивьен оставалась начеку, не позволяя себе расслабиться в тишине и темноте. Она вдыхала затхлый, полумертвый воздух и бесшумно следовала за Августом. Спиной чувствовала Кира, и от этого ощущения уверенность вновь разливалась по телу.
Коридор закончился низенькой дверью, через которую они поочередно прошли и оказались в просторной комнате с витражными окнами и потолком, утекающим ввысь.
– Внутри все иначе. Совсем не похоже на церковь, – Вивьен не удержалась от замечания. Еле слышный шепот разнесся по залу волнами.
Кир покачал головой:
– Мятежники перестроили здание под себя. Тут еще много сюрпризов.
Постовой остановился посередине зала и преклонил колено. Следом за ним опустился Август и Кир. Растерянная Вивьен наконец увидела мужчину в черной мантии, который восседал на стуле во главе длинного стола. Его лицо пряталось под капюшоном. Она попыталась встать на колени, но звучный голос ее остановил:
– Иди сюда, дочь графа Росса.
Слова отпрыгивали от стен и ударяли по Вивьен, словно маленькие мячики. Тишина, к которой она успела привыкнуть, рассыпалась, как пепел. Вивьен обошла вокруг стола и остановилась рядом с мужчиной. Он был широкоплеч, а на пальцах в безжизненном свете блестели золотые перстни.
Магистр. Она уверена, что это он.
Постовой поднес магистру Ордена свиток Августа и быстро удалился, но тот даже не взглянул на него. Вивьен разглядела квадратный подбородок с круглой ямкой посередине, узкие губы, которые кривились в подобии улыбки. Остальную часть лица пожирала тень.
– Сними капюшон, – приказал он.
Она выполнила приказ и молча ждала, когда Магистр налюбуется.
– А теперь расскажи о себе. Кто ты на самом деле? И чего ты хочешь? – И снова голос мужчины эхом прокатился по помещению.
Вивьен нахмурилась:
– Я – леди Вивьен. Дочь графа Росса. Единственная выжившая из моей семьи. Мой отец был тайным членом Ордена «Мятежных сердец». Предыдущий и ныне покойный Магистр – граф Маврос велел ему уехать из страны и спрятать старинную реликвию моей матери. Отец говорил мне, что если что-то случится, я должна отыскать графа Мавроса в Русамии. Он дал слово отцу, что защитит меня. Но, к сожалению, граф… умер во время войны.
– И почему я должен тебе верить? – Магистр наклонился вперед. – Что у тебя в мешке? Тебя не обыскали? – Он взглянул на постового, который пошатнулся. – Чертовы юнцы! Не умеют делать свою работу.
– Магистр, я сейчас ж… – залепетал постовой.
– Поздно, – мужчина взмахнул рукой. – Если бы она хотела убить меня, то уже сделала бы это. Показывай реликвию.
Щеки горели от унижения. Ей не верили, хотели обыскать, как воровку. Но что-то не вязалось. Вивьен смотрела на Магистра и не верила ему. Он был слишком надменный, слишком гордый. Слишком… навязанный. Она прижала к груди мешок и отступила назад.
– Вивьен…
Позади раздался настороженный голос Кира. Он смотрел на нее и явно не понимал, почему она медлит. А внутри Вивьен холодело сердце от ужасной догадки. Ее должны были обыскать при входе. Должны были… но постовой забыл. Или же нет?
– Это не Магистр, – твердо заявила она.
Русамия. Велидар. 1959 год
