Для более надежного соблюдения секретности предпринимались разные ухищрения. В целях сокрытия подготовки к отправке 850 судов многие из них были поставлены в сухие доки, якобы для ремонта. А для того, чтобы никто не смог по длительности рейса определить конечный пункт, на все корабли было погружено провизии гораздо больше, чем потребовалось бы для самого дальнего плавания.
Все посвященные в тайну предстоящей операции значились в специальном списке, по которому, например, пускали в кабинеты, в которых проходила подготовка операции. Некоторые офицеры получили в свое распоряжение диктофоны и секретарей, записывавших все их указания и распоряжения, многочисленные копии которых рассылались по армии. Дата начала операции, однако, нигде указана не была.
Управление военных перевозок прилагало массу усилий, чтобы скрыть свой интерес к портам Орана, Касабланки и Алжира. Два офицера из этого ведомства обсуждали вопросы, связанные с предстоящим десантом, в пустом кабинете, и, тем не менее, они не произносили вслух слов «Оран», «Касабланка» или «Алжир», обозначая эти порты условными жестами.
Инженерные части неделями практиковались в специальном лагере, расположенном в сотнях миль от побережья, в погрузке на — как его называли — «бетонный корабль» всех видов припасов и снаряжения — от провианта до 32-тонных танков — со всевозможных типов грузовых машин, используемых в Соединенных Штатах. Тренировка шла безостановочно, и когда солдаты набрались необходимого опыта, их перевели в порты погрузки и проверили полученные ими навыки, поручив загрузить несколько судов из будущего конвоя. Затем прошли ночь и полдня, за которые была проделана самая грандиозная погрузочная работа той войны, которую превзошла только погрузка в день «Д» перед высадкой в Нормандии.
В ходе планирования операции были также предусмотрены запасные железные и шоссейные дороги от мест концентрации войск до портов их погрузки, и если бы диверсанты разрушили три четверти мостов в восточных штатах, то и тогда их перевозка бы состоялась.
Для африканской операции военные инженеры подготовили более 1000 различных типов карт, которые были завезены на охраняемый склад в каждом порту погрузки, и пятнадцать солдат под командой инженерного офицера приступили к приготовлению пакетов с ними для всех боевых подразделений. В целях секретности этих солдат никуда не отпускали, и они ели и спали прямо среди карт. Все находилось под замком и охраной вплоть до наступления ночи погрузки, когда пакеты с картами были перенесены на транспорты и вручены лично командирам подразделений.
Служба артиллерийско-технического снабжения осуществила кое-какое усовершенствование старого вооружения специально для африканской кампании и разработала несколько новых его типов. Одним из наиболее важных секретных боевых средств было новое мощное самоходное противотанковое орудие. В день собрания офицеров в кабинете №3045 оно находилось лишь в стадии проекта, а сорок восемь часов спустя начальник службы артиллерийско-технического снабжения уже вел переговоры в Мичигане со специалистами одного из наших крупных автомобильных заводов. Он попросил их сделать все возможное — и они сделали. В августе завод приступил к производству, а уже в сентябре первое самоходное орудие сошло с конвейера. Новая техника была опробована, отправлена в войска, испытана в полевых условиях и в конце октября уже находилась на пути в Северную Африку.
Было оценено, что от 50 до 80 процентов работы по проведению высадки в Африке принадлежало службе снабжения, которая обеспечила все, от почтовых марок до 32-тонных танков и, среди прочего, оборудование для выкапывания колодцев, уголь для марокканских локомотивов и миллионы долларов в золоте, серебре и различных валютах для выплаты войскам. В то время, как разные безответственные личности надрывно призывали к организации «второго фронта давления на генералов», незаметные трудяги из службы снабжения скрытно заготавливали тысячи комплектов военной формы со специальной пропиткой против отравляющих газов и тайно разрабатывали новый тип индивидуальных упаковок с пайками и водонепроницаемые упаковочные клети, которые можно было сбрасывать прямо в воду с целью более быстрой доставки припасов на берег для поддержки первого эшелона десанта.
В целом, офицерам было сообщено не больше того, что было необходимо для выполнения их конкретных обязанностей, и некоторые дивизионные командиры до последнего часа не знали, куда они направляются. Во всех Соединенных Штатах лишь маленькая группка людей знала день, на который была назначена высадка,— день «Д».
