— Жаль, что я не убила Давриана. А ведь я могла. Убить его и выставить дело так, как будто он упал с обрыва. Если бы я это сделала, Ниали осталась бы жива и ты бы… — Я не сумела договорить. — Прости. Я зря его не убила.
— Нет, Каала, не зря. Это было бы очень легко и удобно, но неправильно. Ни о чем не забывай, держи в уме последствия каждого своего поступка. Да, так будет сложнее, но по-другому теперь нельзя. Не теряй смелости и не разуверивайся.
Я лежала рядом, пока дыхание старого волка не замедлилось и наконец не затихло. Я уткнулась носом в шею Тревегга, чтобы унести его запах с собой, куда бы я ни пошла. Грусть охватила меня, но я отогнала ее, как уже делала не раз, и решила, что еще успею оплакать друга. Тали нуждалась в помощи, и я пошла за ней.
Я добиралась до человеческого стойбища вдвое дольше, чем всегда. В обычное время я бы оказалась там намного раньше Давриана, хотя он и ушел далеко вперед, но мне было трудно дышать, и с каждой минутой все сильнее кружилась голова. Давриан с такой силой швырнул меня о стену, что ребра ныли от любого движения.
Отчаяние вновь нахлынуло, когда я подумала о Тревегге и Ниали, но я собралась с духом и почувствовала, как горе сменяется гневом. Он и погнал меня вперед, по следу Давриана, к человеческому стойбищу. Я вспомнила, как Тали висела на руках у похитителя, и заставила себя двигаться быстрее. Когда я перешла реку и заковыляла к колючим кустам, в которых обычно пряталась, наблюдая за стойбищем, то изо всех сил стискивала челюсти, чтобы не скулить вслух.
Хотя у Давриана была изрядная фора, а я еле двигалась, он только-только добрался до деревни. Он вышел на общую поляну, шатаясь под тяжестью Тали и прихрамывая от раны на ноге. Я надеялась, что ему очень больно. Может быть, рана воспалится и Давриан умрет.
Он сдернул плащ с окровавленной головы Тали и положил девочку возле одного из костров, освещающих деревню в ночной темноте.
Люди на поляне немедленно оставили свои занятия и бросились к ним.
— Что случилось? — спросила Ринали, наклоняясь над девочкой. Хоть она и хотела отдать Тали в спутницы человеку, которого та ненавидела, на лице у женщины была искренняя тревога.
— Волки, — ответил Давриан. — Они убили старуху и пытались убить Тали. Одного я прикончил, а волчица убежала. Та, с которой водится Тали. Серебряная Луна. Я ее ранил, но она удрала.
Он так легко и убедительно лгал. Но я подумала: скоро люди узнают правду. Тали отведет сородичей в жилище Ниали, и они увидят, как погибла криана. Ринали осмотрит голову Тали и поймет, что такую рану не мог нанести ни один волк.
Тали очнулась и попыталась заговорить.
— Волки не виноваты… — пробормотала она.
Я услышала ее, а люди, казалось, нет. Ринали наклонилась и зажала девочке рот ладонью. Значит, она тоже услышала — но постаралась сделать так, чтобы это осталось тайной.
— Мы найдем волков, — мрачно произнес Халин, и стоявшие вокруг схватились за острые палки и камни. Они даже не собирались проверять, правду ли говорил Давриан. Они просто поверили.
— Зря мы не перебили их сразу!
Я недооценила готовность людей возненавидеть нас. Они не стали расспрашивать Давриана и не поверили бы Тали, что бы она ни сказала. Нужно было забрать девочку, но как? Вокруг Халина стояли, самое малое, десять человек, вооруженных острыми палками, и еще больше наблюдали за происходящим с других концов поляны. Вот почему люди представляли такую опасность — они собирались большими стаями. Давриан нависал над девочкой, как гиена над добычей. Я никак не могла к ней подобраться.
Тали открыла глаза и посмотрела прямо на мой куст. Она знала, где я пряталась. Лежа на животе, я проползла несколько шагов, чтобы кончики лап и носа высунулись из зарослей, а в глазах отразился свет человеческих огней. На лице Тали мелькнула мрачная улыбка.
— Оставайся там, — проговорила она беззвучно. Но разве я оставила бы ее бороться в одиночку?
Рука Тали напряглась, и я поняла, что девочка так и не выронила камень, который подобрала в хижине Ниали. Изящным и быстрым движением, совсем как волк, она вскочила на ноги, запустила камнем в голову Давриана и попала в цель. Он зашатался, из виска хлынула кровь. Тали, присев, подобрала камень с земли и швырнула в Халина, у которого хватило ума пригнуться. Двое самцов схватили Тали за руки и стиснули с боков.
Она закричала.
Охваченная яростью, я вылетела из куста, не успев опомниться, и побежала к людям, которые держали Тали.
— Вот она! — закричал кто-то, и в голосе человека прозвучала не столько ярость, сколько страх.
