— Не знаю. Может, еду. У злюковолков тайники по всей Долине, но только этот они охраняют скопом. Вороны пытались разузнать, нет ли здесь хорошей еды, но их прогнали. Двоих убили. Мы больше сюда не летаем.
Мы наблюдали за верховными. Одни сидели возле входа в логово, другие по очереди расхаживали вокруг. С каждой стороны пригорок непрерывно охранял, самое меньшее, один верховный.
— Надо сделать так, чтобы они ушли, — сказал Аззуен, но я сомневалась, что даже ему под силу избавиться от семерых верховных волков.
— Зориндру! — шепнула я.
Я хотела подойти, но нельзя было, чтобы верховные узнали, что мы здесь. Дозорные наблюдали, как старый Зориндру приближается к ним. Он остановился на расстоянии пятидесяти волков от тайника. Пятеро из семи верховных подошли к нему и приветствовали как вожака. Зориндру посмотрел в нашу сторону. Я не сомневалась, что он нас видел, — но он развернулся и зашагал обратно. Пятеро верховных последовали за ним в заросли, оставив на страже лишь двоих.
— Я еще не видела, чтобы тайник охраняли только двое, — сказала Хлела. — И это молодые. Галиндра и Сундру. Они глупее остальных.
Я съежилась, лежа в укрытии. Несомненно, Зориндру смотрел прямо на нас. Но он не предупредил прочих верховных. Интересно — почему?
Я развернулась, услышав за спиной мягкие, осторожные шаги и почуяв запах шалфея. По склону украдкой поднимался Пелл. Ему-то хватило здравого смысла ползти на брюхе, почти не отрываясь от земли.
— Вы нашли? — прошептал он.
— Я думал, Скалистые сюда не пойдут, — ответил Аззуен.
— Ну, будет худо, только если верховные меня поймают, — ответил Пелл. — Откуда вы знаете, что это нужное место?
— Мы ничего не знаем, — сказала я. — Но только что здесь было семеро верховных, и они охраняли вон тот холмик. Видимо, они что-то прячут.
— Остались только двое, а нас пятеро, — заметила Хлела.
— Я пойду первой, — сказала я Аззуену и Марре. — Тогда они точно встревожатся. Они погонятся за мной, а вы узнайте, что там такое.
— Нет, волк, не ты, — возразил Тлитоо и издал громкий крик, на который откликнулось множество вороньих голосов. Прежде чем я успела что-нибудь сказать, они с Хлелой взвились в воздух. На полпути к пригорку к ним присоединились еще двадцать воронов, с карканьем летевших через равнину. Птицы принялись нападать на верховных, дергать за хвосты и за уши и долбить клювами — не шутливо, как с нами, а всерьез, чтобы пустить кровь. Верховные рычали и огрызались, но не сходили с холмика.
— Не помогает, — сказал Аззуен.
— Сейчас, — ответил Пелл и спустился с холма. На равнине он остановился, расставил лапы и громко завыл, а потом пустился что есть духу к верховным. Оба огромных волка, продолжая отбиваться от воронов, уставились на Пелла, сбежали с пригорка и помчались вдогонку. Я подумала: это не так уж отличается от охоты на тура.
— Он с ума сошел? — с несомненным восхищением в голосе спросила Марра.
— Он же Скалистый, — ответил Аззуен. — Они все ненормальные.
В любом случае смелости Пеллу хватало. Верховные неслись к нему, а он, вместо того чтобы броситься наутек, продолжал бежать навстречу. Лишь когда они уже почти столкнулись, Скалистый резко свернул вправо и побежал в лес. Верховные последовали за ним, но вороны мешали нагнать Пелла, и тот упорно держался впереди. Все трое скрылись в зарослях. Темное облако птиц летело по пятам.
— Вперед! — приказала я.
Мы спустились. Над нашими головами реяли вороны, шныряя туда-сюда, от рощи к пригорку. Я держала голову низко опущенной, чтобы меня не оглушило крылом и не зацепило когтем. Одного из воронов я узнала — это была Нлитса. Значит, она вернулась в Долину. Я попыталась догнать ее, но успела пробежать лишь несколько шагов, прежде чем Марра, сплошь мышцы и кости, налетела сбоку, очень больно, и сбила с ног.
— Что ты делаешь? — крикнула она.
— Там Нлитса, — ответила я. — Она знает, где моя мать!
— Потом, — сказал Аззуен. Он остановился, когда Марра опрокинула меня наземь. — Больше такого шанса не будет.
Я как главная имела право требовать повиновения. Но одного взгляда на решительную морду Аззуена и на сильное тело Марры, стоявшей надо мной, хватило, чтобы понять: они не подчинятся. И потом, Аззуен был прав.
— Ладно, — сказала я. — Пусти.
Марра вскочила, и мы побежали дальше, пока не достигли подножия пригорка. Мы плюхнулись наземь, чтобы нас не заметили верховные, если бы вдруг оказались поблизости.
— Следи, — велела я Марре. — И дай знать, если верховные вернутся.
Мы с Аззуеном поползли к норе, которую стерегли верховные. Как только мы достигли тайника, кучка земли у входа начала шевелиться. Мы оба застыли. В логове могло таиться что угодно. Верховный, который остался на страже, или медведь, или еще что-нибудь. Я оглянулась через плечо. Марра караулила, переводя взгляд от шевелящейся земли к зарослям, в которых исчезли верховные.
— Что будем делать? — спросил Аззуен.
