– Старик, да как же это так?- сказала старуха, дрожа от страха.- Ведь и версты нет до дома, а выходит, вишь, весь день с утра до ночи шли домой, а расстояние-то всего-навсего верста. Как это так?
– Выходит, бабка, примнился нам день-то,- стал отгадывать этот случай старик.- В помраченном времени, в заколдованном кругу мы побывали с тобой. И людей ненастоящих видели. Слава Богу, что нас благополучно вынесло оттудова… А сон? К чему бы это?
И действительно, все с того сна началось. Пришли они к соседке Алене и говорят:
– Нехороший сон ты, Аленка, видела – обморочный, и нехорошо, что нам его рассказала.
– Какой сон? Никаких снов я не видела.
– А утром кто приходил сегодня?
– Да гляньте вы на улицу – ведь утро-то только началось!
Посмотрели старые друг на друга, жутко стало у них на душе, и, боясь оглянуться, побрели они как не по своему времени к своей избушке, где была еще ночь и горел на столе ночник…" [Цыбин В. "Заговоренные клады и кладоискатели"// М., Мир твоему дому, 1994, с.32-33].
Собиратель народных легенд Владимир Дмитриевич ЦЫБИН в своем трактате о кладах и волшебных заклинаниях способность кладов "водить людей за нос" вообще считает за первейшее свойство заговоренного и закопанного в землю добра. Цыбин даже перечисляет и пытается классифицировать эти способы противодействия людям, никак не объясняя их. Но опять-таки, стоит присмотреться к этим волшебным свойствам с позиции физики, и почти все способы "вождения за нос" кладокопателей, будь то случаи, когда люди блуждают на пустом месте "в трех соснах" или когда они входят в дверь "и не могут в нее войти", так или иначе, могут быть связаны с искривлением Пространства-Времени. Все с тем же "темпоральным оружием"?
С удовольствием полистал монографию о кладоискательстве, и через несколько страниц – опять наткнулся на тех-же героев: клад, люди и Время. История начинается так: в городе Токмаке старику Чернышеву, человеку несуеверному, насмешливому и зажиточному (сын у него был послом в Бразилии), три раза привиделся один и тот же сон, будто явился к нему покойный родитель и сказал:
– На ближних сыртах схоронен мною клад. Открыть я тебе его не успел. Теперь он меня мучает там, где я теперь живу. Спаси меня – иди туда и открой. Там есть приметное место – большой камень, ты подрой его…
Чернышев посмеялся над этим своим сном. Через неделю родитель опять пришел во сне и то же самое сказал Чернышеву. Тот и вовсе расстроился. и сказал себе: "Покойники снятся к перемене погоды"… В третий раз отец вовсе пришел во сне расстроенный и, сказав то же самое, отхлестал старика Чернышева ремнем:
– Вот тебе, неслух, к перемене погоды!
Проснулся Чернышев, мягкое место болит – рубцы синеют. "Что-то не так!решил он.- Рубцы-то вправдашние". Собрался и пошел на то место верстах в пяти от города. Стал он рыть – и тут его затмило, голос услышал:
– Чего ты, старик, могилу стал копать? Не рано ли?
Оглянулся – никого. Он опять принялся рыть. Опять голос из воздуха соткался. И в третий раз голос из воздуха остерег его. А он в ответ:
– Ах, тютюнь-растютюнь, глотка ветряная.
Тут его что-то как ударило – ворона села на лопатку. Ему бы перекрестить ее, но старик давно отвергся от веры. Кинул он в ворону комком земли, задел за крыло – одно перышко отлетело и стало золотой цепочкой. Чернышев подхватил ее и драпу. Побежал к городу, а вышло – в горы. Там на горе дома стоят, и его избу видно – высокая. Он назад, а местность вокруг другая: леса сосновые, и в них люди с тремя лицами на голове. Глянул он в ручей, а там люди текут, и каждый держит на груди свое лицо, и спереди головы – лицо, и лицо с лицом разговаривают и смеются, а его, Чернышева, отражения в воде нет.
– Как же так – меня нету?
Тут он прочитал молитву – проняло. Все исчезло. А он еще только за город вышел, и лопатка чистая, новенькая, в смазке, как прежде. Он и вернулся назад. Жена зовет завтракать. Чернышев и говорит:
– Я за город сейчас выходил, согласно своему сну.
– Да что ты,- говорит ему жена.- Ты и отлучался-то всего на минутку.
– А где же я был?
– В сарае инструмент проверял.
Ему потом и сказали, что нужно в церкви помянуть родителя и клад с него снять в церкви. Так и сделал и долго еще гадал, что же это с ним происходило. И, как человек читающий, с философской склонностью, определил: "Землю, должно быть, не довернуло, а потом довернуло, ну, я, мол, и попал в зазор…" А что, уловил, уяснил что-то старик: "Земля с Солнцем всякий миг находится в новой космической зоне…"
Такую расшифровку этого происшествия оставим на стариковской совести, скажу лишь, что разобраться здесь у современной науки шансов не больше, чем у того токмаковского деда.
