Я просто устала. Сколько ещё я смогу бороться? Каждый раз, когда кажется, что я вот-вот ухвачусь за нужный ответ, все обрывается. Похоже, этого высшего нам,и правда, не переиграть. Теперь мне остается просто сдаться и принять свою участь: запертой в замке Клейрон ожидать, решит ли скрывающийся в тени враг явиться по мою душу или позволит мне жить.
Хотя, возможно, я вообще зря переживаю конкретно за свою жизнь. Кто знает, чего именно жаждет этот высший. Наверняка, у него уже есть план, как добраться до хранилища артефактов без моей помощи. А когда он получит желаемое, может быть и весь мир полетит в Безмирье. Впрочем, сейчас меня не волновало ничего из этого. Мне просто хотелось спрятаться от всего мира и ни о чем не думать. Но кто бы мне позволил это сделать.
Φлора все это время издевалась надо мной по утрам на тренировках – и это не стало исключением. Я безропотно проследовала за ней в тренировочный зал и даже начала бегать, но вот с уворачиванием от ее огненных пульсаров у меня не слишком сложилось. Буквально через пять минут боевчике надоела безвольная мишень,и она меня отпустила.
К обеду в моей комнате объявился Хран,и было без слов ясно, кто надоумил его проведать меня. Пусть Дамиан и был занят, но оставлять меня одну в таком настроении он явно не желал. Вот только зря мужчина понадеялся на хранителя.
Кот честно пытался заинтересовать меня найденными в библиотеке описаниями редких артефактов и зелий, которые мы могли бы приготовить. А я честно пыталась в это вникнуть, но…во мне будто бы что-то сломалось. Из рук все валилось, в голове пустота, мысли едва ли задерживались. Я словно сама застыла стазисе – без времени и пространства. И при всем желании выбраться из этого состояния мне не удавалось.
Так прошла почти неделя. Флора с Χраном уже успели познакомиться, сговориться и по очереди старались меня растормошить. Мне не хотелось, чтобы их старания прошли впустую, но я просто не могла найти в себе сил справиться с накрывшей меня депрессией.
К концу этой тяжелой для моих друзей недели Вегерос не выдержала. На очередной утренней тренировке она уже меня не жалела. Я вяло уворачивалась, спотыкалась, падала, но девушка продолжала с остервенением швыряться в меня слабыми пульсарами. И так пока я, изрядно прокопченная, просто не рухнула на пол не в силах пошевелиться.
– Знаешь, это уже слишком даже для тебя, - раздраженно заявила она, приблизившиcь к моему безвольному телу. - Я понимаю, что дело важное и твоя жизнь оказалась в опасности из-за того расследования. Но так убиваться из-за первой же неудачи…Ты вообще нормальная? Я, наоборот, все удивляюсь тому, как быстро мы всех подозреваемых отработали. То, что расследование затягивается – абсолютно нoрмально, а вот твое поведение – нет. Не думала, что ты такая истеричка.
Слова Флоры неожиданно сильно задели. Да что она знает! Если бы это было только первым провалом…Если бы проблема была лишь в том, что я неудачно влезла в крупное расследование…
– Это личное, – хрипло ответила я ей.
– Ты все расследования считаешь личным делом? – скептически разглядывала она меня сверху. – Тогда тебе нечего делать в этой профессии. Вообще не понимаю, как тебя допустили до того расследования.
Волна раздражения во мне становилась все больше. Оказывается, еще осталось что-то, способное вывести меня на эмоции.
– Тебя не спросили, - огрызнулась я. – Не переживай, в эту профессию я точно не вернусь. И я не все дела принимаю так близко к сердцу.
– Ой, вот не надо мне тут сказки рассказывать. А то я не видела все своими глазами. Или это не ты злилась, что Битан почти сошло все с рук? Не ты проливала слезы над своей подружкой? Ну ладно, последнее ещё понятно. Но ты же явно и в расследование ритуала влезла, потому что тебе кого-то очень жалко стало – и огребла за это. А теперь вон расклеилась, потому что, видите ли, снова не огребла? Очнись и возрадуйся! Может, про тебя и вовсе забыли, а ты на рожон лезешь вместе со своим слабым инстинктом самосохранения.
– Да если бы про меня забыли! – не выдержав напора злости, я резко вскочила и двинулась на недовольную боевичку. – Да я мечтаю об этом! Ничего толком не знаешь и пытаешься рассуждать. Это ты называешь профессионализмом?
– Чего же такого важногo я не знаю, что позволяет тебе так расклеиватьcя и изображать из себя жертву? - сложила девушка руки на груди, глядя на меня с вызовом.
