Нацепив наушники, вывела велосипед на дорогу. Последний раз я садилась за руль железного коня несколько лет назад, когда, опять же, была здесь. Лишь бы не упасть… Оттолкнулась ногой от земли и взобралась на высокую сидушку. Ветер мягким потоком бил в лицо, будто выдувая из меня улыбку. Что ж, почему бы и не улыбнуться, пока улица так пустынна и никто меня не видит?
В наушниках играла любимая песня, и я громко подпевала, чтобы избавиться даже от намёков на мысли. Думать не хотелось совершенно.
Ухабистая дорога вела вперёд, потом опускалась в овраг и снова поднималась. Пара поворотов, чуть-чуть проехать прямо, и я уже возле деревенского магазина.
Солнце было почти над головой, когда я домчалась до неприметного кирпичного здания, которое отличалось от остальных только большой табличкой с надписью «
За всю поездку я встретила лишь двух человек, причём эти двое стояли как раз у магазина — пожилая женщина в платке и высокий юноша, прятавшийся за капюшоном и тёмными очками, которые так идеально на нём смотрелись. Парень лишь на мгновенье обернулся, чтобы посмотреть на меня, а затем снова повернулся к бабушке.
— То, что ты скрываешь своё лицо, означает, что у тебя полно комплексов, что ты скрытный и никому не раскроешь душу! Так у тебя никогда не будет друзей! — тоном учителя бубнила она. — Ты ведь, вроде, хороший парень! Почему ты прячешься? Если постоянно носить капюшон, то волосы выпадут!
Юноша снисходительно улыбался. Досталось же ему…
Я приставила велосипед, чтобы не упал, к стене магазина и вошла внутрь. Не считая продавщицы, в магазине не было никого. Как будто за время, пока я была в своём городе, все жители сбежали из деревни.
Женщина за прилавком подняла на меня глаза и лучезарно улыбнулась. Я тоже её узнала — это тётя Соня, двоюродная сестра моей матери.
— Леся! — как давно я не слышала этот ласковый голос! — Когда же вы приехали?
— Позавчера ночью, — ответила я, — даже лучше сказать, вчера утром.
— Я надеюсь, вы собирались заглянуть ко мне? — с намёком на обиду, но по-прежнему с улыбкой произнесла тётя Соня.
— Да, разумеется, — быстро согласилась я. Мама точно захочет её навестить.
— Вот и ладненько, — добродушно ответила женщина, — тебе чего купить надо, солнышко? Ты так выросла!
Я ответила, обернувшись на звук открывающейся двери. В помещение вошёл тот самый юноша, которого поучала бабушка. Видимо, парень выиграл своё сражение, потому что и капюшон, и очки всё ещё были на месте. Он молча подошёл к витрине и склонился над ней.
— Вот, — произнесла тётя Соня и сунула мне в пакет молоко и хлеб, которые всегда покупал дедушка.
Я дала ей сотку, взяла сдачу и, тепло попрощавшись, вышла на улицу. Теперь — домой. Снова надела наушники, оседлала велосипед и отправилась в путь.
До поворота метров сто, и, если чуть поднажать, то можно ради забавы доехать как раз с окончанием песни… Не раздумывая, я сильнее закрутила педали, и старенький «
Последний куплет…
Три строчки…
Две…
Одна…
Последние аккорды электрогитары…
Видимо, не успею, а жаль. Метров двадцать отделяло меня от поворота, из-за которого неожиданно выскочила машина. Она неловко качнулась на вираже, но всё-таки успела завернуть, и теперь ехала прямо мне навстречу. Была всего пара секунд, чтобы что-то сделать.
Справа — густые кусты, съехав в которые, я вряд ли выеду обратно, тем более, что там, насколько я помню, небольшой овражек. Слева — откровенный резкий обрыв. А впереди — машина, которая несётся по ямам прямо на меня. Я видела отрешённое лицо водителя, его глаза, которые расширились, когда он заметил меня. Запаниковав, я не углядела большую яму, которую следовало объехать. Руль резко вывернулся, и велосипед стал совершенно неуправляемым.
Уже падая на землю прямо под колёса автомобиля, я вдруг заметила что-то большое справа. Неизвестный объект врезался в меня и столкнул в обрыв слева от дороги. Я попыталась ухватиться рукой хоть за что-то, но пальцы поймали лишь воздух. Краем глаза я увидела, как автомобиль врезается в кусты, проезжает сквозь них и переворачивается в овраге. Нечто массивное мелькнуло рядом со мной, но я не успела ничего понять. Голова, казалось, раскололась, и всё перед глазами померкло в душном чёрном тумане.
— Давай, очнись! Ты должна…
Незнакомый женский голос доносился до меня, словно сквозь вату. Голова жутко болела, каждая мысль, каждый стук сердца отдавался в ней резкой болью.
— …всё будет хорошо…
Оказывается, помимо далёкого голоса слышен был ещё и доводящий до безумия ровный гул. Причём гул звучал куда громче женщины.
— …она здесь, я сделала всё, что смогла…
Я старалась прислушаться к голосу, но всё равно слышала лишь отдельные фразы, которые не несли какого-либо определённого смысла. Перед закрытыми глазами возникла летящая на меня машина. Яма. Я падаю… а потом происходит что-то странное.
