65 Троцкий в своих статьях 1939--1940 гг. рассказал один крайне важный эпизод, который, возможно, заставит историков признать Сталина убийцей Ленина не только через оскорбление его жены, но и в более непосредственном значении этого слова, убийцей-отравителем. По этому рассказу Троцкого в конце февраля 1923 г. Сталин сообщил в Политбюро о просьбе Ленина дать ему яд для самоубийства, с которой к нему якобы обратился Ленин. По словам Сталина, Ленин опасался нового удара и хотел иметь возможность в этом случае покончить с собою. Троцкий подчеркивает "загадочный и фальшивый" тон Сталина, который высказывался за удовлетворение просьбы "старика" под тем предлогом, что страдания последнего становятся невыносимыми. Троцкий высказался решительно против, Зиновьев его поддержал, и предложение Сталина отпало без формального голосования, но, как рассказывает Троцкий, его дол
го потом тревожил вопрос: чего, собственно, хотел Сталин? Вопрос этот действительно крайне важен, тем более, что сам факт обращения Ленина с этой просьбой к Сталину вызывает большие сомнения: в это время Ленин уже относился к Сталину без всякого доверия, и непонятно, как он мог с такой интимной просьбой обратиться именно к нему.
Этот факт приобретает особенное значение в свете другого рассказа Автор этих строк встречался с одной эмигранткой военных лет, которая в течение последнего перед войной десятилетия много скиталась по советским тюрьмам, в том числе и политическим изоляторам, где имела большое количество интересных встреч. В Челябинском изоляторе ей пришлось встретиться со стариком-заключенным, который в 1922--1924 гг. работал поваром в Горках, где тогда жил больной Ленин. Этот старик покаялся рассказчице, что в пищу Ленина он подмешивал препараты, ухудшавшие состояние Ленина. Действовал он так по настоянию людей, которых он считал представителями Сталина. В момент нашей первой встречи эта рассказчица ничего не слышала про статьи Троцкого, в то время как ряд других ее рассказов нашел позже полное подтверждение.
Если этот рассказ признать достоверным, то заявление Сталина в Политбюро, о котором рассказывает Троцкий, имеет вполне определенный смысл: Сталин создавал себе алиби на тот случай, если б стало известно о работе повара-отравителя.
66 Такими кандидатами тогда были Дзержинский, Калинин Молотов, Руд-зутак, Сокольников и Фрунзе. Лоялен Сталину был только Молотов.
67 Доклады Каменева весной 1925 г. собраны в 12-м томе его Сочинений (М., 1926). В этом томе опубликован и его доклад на Третьем съезде Советов. Этот съезд принял ряд решений, которые позднее стали объектом жестокой критики со стороны оппозиции, в том числе о предоставлении крестьянам права сдавать свой участок в аренду, о расширении прав на применение наемного труда и т. д. Очевидно, что эти постановления были приняты с ведома и согласия Политбюро.
68 Политическая позиция Троцкого по отношению к этим вопросам до 1925 г. была им сформулирована в речи, произнесенной 1 сентября 1925 г. в Запорожье (издана отдельной брошюрой: О наших новых задачах / Госиздат. М., 1925. 19 стр. ) и 8 ноября 1925 г. в Кисловодске (издана брошюрой: 8 лет. Итоги и перспективы / Госиздат. М., 1926). В. Резвик рассказывает об интервью, которое ему дал Троцкий в первые дни после смерти Ленина и которое не было пропущено цензурой Сталина. В этом интервью Троцкий открыто критиковал Сталина и поддерживавших тогда последнего Зиновьева с Каменевым и давал очень высокую оценку Рыкову именно за его твердость в проведении политики в духе НЭПа, которая спасает страну от новой революции (Reswick William* Ibid. P. 78).
69 Троцкий Л. Моя жизнь. Т. 2. С. 184.
70 Reswick William. Ibid. P. 118.
71 См. доклады Зиновьева на заседании Ленсовета (Ленинградская правда. 14 и 15 апреля 1925) и на конференции работников Ленинградского военного округа (Ленинградская правда, ЭЙ июня 1925).
72 Доклад Бухарина на собрании актива Московской организации // Правда. 1926. 10 янв.
73 Наиболее полными сводными работами и сборниками материалов о "новой оппозиции" являются сборник: Дискуссия 1925 года: Материалы и документы / Под общей редакцией К. А. Попова с предисловием Е. Ярославского. М., 1929. XII и 390 стр., а также очерк И. Вавилина "Борьба против "новой оппозиции" в Ленинградской организации большевиков" // Красная летопись. Т. 1 (58). Л., 1934. С. 18--36. Обе эти работы, конечно, тенденциозны и дают освещение в духе статей и речей Сталина. Первоисточниками являются прежде всего газеты того времени и протоколы Четырнадцатого и Пятнадцатого партийных съездов и Четырнадцатой конференции.
74 Слова П. Залуцкого, приведенные в письме Ф. Леонова к Угланову см. в кн.: Дискуссия 1925 года. С. 11.
75 Доклад на XXIII чрезвычайной ленинградской губернской конференции / Госиздат. Л., 1926. С. 42.
76 Сталин, И. Об основах ленинизма. М., 1924. Это издание, позднее изъятое из обращения Сталиным, является первым. История изменения текста рассказана самим Сталиным (см.: Вопросы ленинизма. Ц изд. М., 1939. С. 137).
