К утру, разведчики заняли намеченные позиции. Им помогли небо, затянутое тучами, и порывистый ветер, с шумом гонявший пыль по степи. Напарники расположились в двадцати метрах друг от друга. Когда рассвело, оказалось, что до ближайшего секрета совсем близко. Михаил хорошо видел бойца, наблюдавшего за поселком. Он сонно поворачивал голову, протирал глаза, разминал шею. Выглядел уставшим и безразличным. Но поза, движения, экипировка, манера держать оружие выдавали в нем опытного бойца. Первое впечатление оказалось обманчивым. Мысль о легком захвате языка ушла. Михаил еле заметно повернул голову, ища напарника. Не нашел. Внимательно всмотрелся. Да где же он? Ага! Увидел. Снова удивился умению снайпера выбрать позицию и слиться с обстановкой. «Мастер!» – подумал Гасконец. Потом лег щекой на сухую, жесткую траву и задремал, вспоминая «первую заповедь спецназа». Сон освежил. Проснувшись, Михаил неподвижно лежал, прислушиваясь. Так прошло некоторое время. Всё было тихо. Он осторожно подтянул руку и взглянул на часы. Полдень. Ого! Гасконец проспал почти час. Стал осматриваться. Подъехал «джип». Бойцы сменились. Поискал глазами напарника. Встретился с ним взглядом. Угрюмый два раза медленно моргнул. Сигнал означал «ждем!». Потянулось время. К трем часам дня неожиданно взревели моторы и «Бук» со всем комплексом выполз из оврага и остановился на возвышении. РЛС задвигала антенной. Ракеты приподнялись почти вертикально. В небе рычал истребитель, пронесся над степью и ушел вверх. «А вот и прикрытие с воздуха», – подумал Гасконец. «Бук» развернулся. Михаил взглянул на Угрюмого. Тот подал знак – «работаем!». Гасконец осторожно подтянул ВСС. Посмотрел на украинского спецназовца. Тот следил за небом. Разведчик навел оружие на цель. Замер, ожидая сигнала. Неожиданный громки рев отвлек. Оставляя за собой дымный след, пробив облака, рыча и шипя, ракета ушла в небо. Прошла несколько долгих секунд. И тут, всё задвигалось. Пусковая установка, РЛС, техника на позициях ВСУ, бойцы боевого охранения… Сверху прилетел громкий хлопок. Следом, еще один. Михаил вернул оружие на цель, заметив двигающийся по полю «джип». Подъехал совсем близко. Из него выпрыгнул широкогрудый боец. Крикнул, мешая русские, английские и украинские слова:
– Яцек! Квикли! Зараз тикаем! Гет Аут!
Металлический стук затвора ВСС. Несколько пуль, толкнули спецназовца в грудь. Он качнулся и, секунду постояв, рухнул возле машины. Мелькнула тень. Это Угрюмый, в лохматой накидке, с рюкзаком, широкими шагами бежал к камуфлированному «джипу». Вскочивший боец охранения вскинул автомат. Михаил выстрелил ему в плечо. Тот, роняя автомат, повалился на бок. Почти сразу поднялся, пытаясь вытянуть левой рукой пистолет из кобуры. Гасконец выжал спуск. ВСС дернулся. Пуля попала в ногу. Боец упал. На «джипе» подъехал Угрюмый. Михаил закинул на плечо рюкзак и побежал. Сбросил всё в машину, потом подхватил раненного, запихнул на заднее сидение, впрыгнул следом. «Джип» рванул в сторону позиций ДНР. От тряски пленник свалился на пол. Михаил осмотрел его. Легкие ранения в предплечье и голень. Похоже и кости не задеты. Крови немного. Втащил его на сидение. Прокричал:
– Имя? Подразделение? Кто командир?
Саймон молчал ошарашенный. Всё произошло так неожиданно и быстро! Он вспомнил лицо убитого Рэмбо, вытянутое в удивлении. Его широко раскрытые глаза. Как дерзко сработали эти двое русских! Как слаженно! Без суеты и лишних движений. Но на что они рассчитывают? Уйти не получится! Перед тем как выронить автомат, Саймон успел выстрелить, и пуля ушла в радиатор «джипа». Запах вытекающего, горячего антифриза заполнил салон автомобиля. Далеко не уедут. Саймон чуть пошевелился, морщась от боли, нащупал нож, спрятанный в специальном кармане штанов.
Несколько ударов в заднее стекло и цоканье пуль, сообщили о погоне. Саймон улыбнулся, с вызовом глядя в глаза русскому. Тот равнодушно схватил англичанина, сдернул с кресла на пол, завел англичанину руки за спину и стянул запястья пластиковыми наручниками. От боли Саймон простонал.
В багажнике валялись несколько автоматов, пулемёт «Печенег», гранаты и четыре цинка патронов. Михаил выбил ногами остатки заднего стекла. Достал «Печенег». Короб был заряжен. Положил пулемет на спинку заднего сидения, одной ногой прижал пленника, прицелился. До «джипа» преследователей было метров семьдесят. От частых поворотов дороги и неровностей стрелять неудобно. Цель прыгает и мелькает. Вот очередной крутой вираж…
– Притормози! – крикнул Гасконец.
Угрюмый услышал. «Джип» свистанул колесами, останавливаясь. Преследователи выехали из-за поворота. Длинной очередью загремел «Печенег». «Лэндкрузер» вильнул. Пробитое лобовое стекло, превратилось в сплошную белую массу с дырками. Задымил паром радиатор. «Джип» заехал передним колесом в кювет и медленно завалился на бок. Угрюмый вдавил педаль газа. Глядя в боковое зеркало, сказал: «Один выпрыгнул». Еще поворот. Ускорение. Двигатель странно гудел на высокой ноте.
– Сколько до наших?
