Дверь распахнулась легко. В квартире было не светлее, чем у лифта. Маленькие тесные комнатки, заставленные несоразмерно огромной, загромождающей и без того небольшое жизненное пространство тёмной мебелью, были обращены окнами на север. Оксана Владимировна шагнула вперёд и дрожащим голосом позвала:
– Леночка! Лена!
– Их здесь, похоже, нет, – сказал Константин, – ну, что? Теперь в Купавну?
Но тут из дальней комнаты раздался голос:
– Я здесь. – И в коридор вышла девушка.
Арина хрипло глотнула воздуха и бегом, отодвинув Лену, бросилась туда, откуда та появилась. Но Миры в комнате не было. Тогда она в паническом ужасе заметалась по квартире, распахивая дверцы всех шкафов и заглядывая даже под диваны и кровати. Оксана Владимировна бегала за ней, по-прежнему причитая. В одной из комнат был балкон. Арина принялась дёргать ручки, не без труда справилась с ними и подскочила к перилам. Ей вдруг показалось, что Мира лежит сейчас на асфальте, выкинутая сошедшей с ума Леной Посновой с девятого этажа. Но внизу всё было спокойно: гуляли собачники, малыши катались на самокатах и велосипедах под присмотром бдительных родителей и бабушек, раздавался смех. Эта мирная картина будто бы отрезвила Арину, привела в чувство. Она закрыла дверь балкона, медленно вышла в коридор и спросила, стараясь не сорваться на визг:
– Где она? Лена, где Мира?
– Она убежала.
– Где?
– Когда?
– Как? – одновременно выпалили все.
– Почти сразу, когда мы делали пересадку в метро, на «Новокузнецкой», – бесцветным голосом ответила Лена и заплакала.
– Тогда почему она не позвонила?! – закричала Арина. Силы покинули её, и она села на пол, неловко подогнув ноги, туго обтянутые форменной юбкой.
– Телефон у Миры был с собой? – Константин присел напротив неё на корточки и внимательно, спокойно посмотрел соседке в глаза, будто держа её и не отпуская в пропасть истерики.
– Нет… А может, да… Не знаю.
– А где твой телефон, Арина? – Константин сам не заметил, как перешёл на «ты». Арине тоже было не до политеса. Она во все глаза глядела на мужчину, словно видя в нём единственную надежду на спасение дочери. – Посмотри, может, Мира звонила тебе, а мы не услышали?
– Я… я забыла его там, в отеле.
– А мой… – Он поднялся, сунул руку в карман и вытянул свой мобильник. – А мой сдох, забыл поставить на зарядку.
Арина, держась рукой за стену, попыталась принять вертикальное положение. Константин подхватил её под мышки и рывком поставил на ноги. Она пошатнулась и оперлась о него.
– Арина, слушай меня внимательно. Если Мира убежала от… Лены ещё на «Новокузнецкой», то она совершенно точно уже вернулась в гостиницу.
– Тогда она вернулась бы ещё при нас! От нас пешком всего десять минут до метро. Максимум. Ну, и на метро десять. А мы уехали от отеля только через полчаса, а то и больше, после того как она исчезла.
– Десять да десять, итого двадцать. И это только туда. Так что Мира должна была вернуться самое раннее через сорок минут. Мы уехали, а она наверняка почти следом за нами пришла обратно в гостиницу. Нужно ей позвонить.
Оксана Владимировна с готовностью кинулась на кухню и принесла оттуда трубку. Они так и стояли всей толпой в коридоре, готовые в любую минуту сорваться и побежать, куда потребуется. Взяв из рук бухгалтерши телефон, Арина нервно потыкала в кнопки и прижала трубку к уху. В коридоре воцарилась такая тишина, что было слышно, как идут гудки вызова. На вызов ответила какая-то девушка.
– Оля! Это Арина. Переключи меня, пожалуйста, на вторую комнату отдыха.
– Конечно! Секундочку, Арина Станиславовна, – пропели в трубке, и зазвучала незнакомая Константину мелодия. Арина ждала, вцепившись в телефон. С каждой секундой она становилась всё бледнее и бледнее. Но через пару-тройку тактов раздался настороженный голос Миры:
– Алло!
– Доча, это я!
– Мама! Ты где?
– Мируша, я отъехала… по делам… – Арина вопросительно посмотрела на Константина. Он одобрительно кивнул и улыбнулся. – Я скоро буду, доченька. С тобой всё в порядке?
– Мама, тут такое было! Я чуть не влипла, мама! Но сейчас всё хорошо, я в отеле…
– Я знаю, Мира. Я всё знаю. Ты только никуда больше не уходи! И ложись, пожалуйста. Я позвоню девочкам на кухню. Они тебе принесут поесть. Постарайся поспать, ладно?
– Хорошо, мамочка. А ты скоро?
– Я буду торопиться. Но не обещаю. Пробки, сама понимаешь. – Арина говорила коротко, чтобы дочь не услышала, что она плачет от облегчения и счастья. Но Мира всё равно почувствовала её настроение.
– Мамочка, со мной всё в порядке. Ты слышишь? Я даже чувствую себя гораздо лучше.
– Я тебя люблю, фантазёрка моя, – негромко произнесла Арина и отключилась. Потом она позвонила в ресторан, попросила отнести еду Мире и только после этого отложила телефон. Вытерев ладонью слёзы, она обернулась к безжизненно сидевшей на толстом коричневом пуфике Лене Посновой и тоном, не терпящим возражений, сказала:
– А теперь нам нужно поговорить.
– Конечно-конечно, – засуетилась Оксана Владимировна, – давайте поговорим. Может быть, чаю?
Арина снова взглянула на Константина, как бы спрашивая его мнение. Тот покачал головой.
