За его спиной была пустота, и он не в силах был поверить, что Захира по собственной воле шагнула туда. Он смутно осознавал, что рыцари прошли мимо него и сами встали на краю обрыва, глядя вниз, пораженные тем, что только что увидели. Сердце глухо стучало в пустоте, образовавшейся в груди, разум вопил от боли, конечности онемели от шока.
Медленно, словно во сне, он осознал, что Фэллонмур отдает приказ схватить его, и понял, что стоит теперь на самом краю обрыва. Он отшвырнул свой меч. Рука опустилась на его плечо, его дернули, и он с рычанием стряхнул чужие пальцы. Он смотрел в бездну, в которой бесновался прибой, и пытался рассмотреть, увидеть ее где-то в воде, в надежде, что не увидит.
Боковым зрением он увидел, как Черное Сердце отделился от остальных рыцарей и стал быстро спускаться по узкой тропинке, бегущей вдоль цельной скалы. Как гончая, учуявшая свежую кровь, он шел за ней. Себастьян не мог позволить ему добраться до нее первым. Он должен спасти ее, если получится.
Разрывая накидку, чтобы вырваться из хватки затянутых в перчатки рук, Себастьян оттолкнулся от края и бросился вниз, в прибой.
Падение было быстрым, и он камнем вошел в воду. Кольчуга тянула вниз, под бурную поверхность прилива, который взбешенным зверем ревел и бился вокруг. Себастьян боролся с тяжелым весом доспеха, заставляя руки и ноги двигаться, поднимать его на поверхность. Он вынырнул и, набрав полные легкие воздуха, начал искать Захиру в воде. Над ним, на обрыве, солдаты решили поискать ее снаружи, кто-то предположил, что течение выбросит ее на берег, будь она жива или мертва, туда, куда утром был выброшен труп.
Себастьян не хотел сдаваться. Он звал ее по имени, высматривал ее, искал ее, ныряя так глубоко и надолго, как только мог, удерживая дыхание до тех пор, пока легкие не начинали разрываться, он открывал глаза в бурлящей соленой воде, слишком бурной и темной, чтобы дать ему какие-то ответы.
Течение утаскивало его за собой, как бы он ни боролся. Оно без устали швыряло его на камни, мешало любому движению, затягивало к выходу из пещеры, к дневному свету и к непреложному выводу, что он потерял Захиру навсегда.
Захира вынырнула из воды, цепляясь за камни и судорожно пытаясь отдышаться. Река медленно отнесла ее, как захваченный течением обломок дерева, почти что к выходу из пещеры. Туника изорвалась об острые камни стены, оторванный подол зацепился за камень и удерживал ее в кипящих волнах прилива. Волна хлестнула ей в лицо, заливая нос и рот, и Захира заметалась, сдирая пальцы о стены в надежде выбраться из западни.
Плотные и гладкие стены смыкались, как угол дома, создавая альков, в котором вода мирно перекатывалась, защищенная от бешеных накатов прибоя. Она заплыла в этот альков и проследовала по его глубокой расщелине, слушая, как солдаты перекрикиваются в пещере снаружи, а волны прибоя неслись мимо, к ним, без нее. Она не ожидала, что выживет, но жажда жизни крепла в ней, поэтому она выбралась из воды на плоский камень, за который цеплялась в ожидании, когда ее легкие наполнятся воздухом.
Несколько минут спустя ее перестало мучить удушье. Руки и ноги снова стали слушаться. Разум призывал ее бежать. Насквозь промокшая и дрожащая в ледяной воде, она поднялась на ноги, выпрямилась… и тут увидела его.
Черное Сердце.
Он стоял на расстоянии двадцати шагов от нее, черной тенью вырисовываясь на фоне общей темноты. Он держал меч у бедра, обнажив его, угрожая. Захира смотрела на него, вестника смерти, и понимала, что не может двинуться. Она не будет молить его о пощаде, у нее не было причин верить, что он способен на милосердие. Поэтому она просто смотрела на него, ожидая, что он бросится на нее с той же кровожадной яростью, или не станет утруждаться и позовет Фэллонмура и других франков.
У него был шанс, когда кто-то позвал его снаружи пещеры.
— Сэр Кэбал! Вы там? Вы нашли следы той женщины?
— Айе, — ответил он, его голос был ровным и лишенным эмоций. — Я нашел ее.
Захира тяжело сглотнула, мечтая, чтобы течение потащило ее вниз, как она и планировала. Только ее смерть удовлетворит короля, и только ее смерть даст Себастьяну шанс вернуть то, что он потерял из-за нее. Ее сердце наполнилось раскаянием, она смотрела на рыцаря, известного как Черное Сердце, и ждала, что его ответ решит ее судьбу и судьбу Себастьяна.
К ее удивлению, он не сделал этого.
Он стоял там, глядя на нее так же, как и она на него, а затем просто развернулся и ушел. Его голос прогрохотал над бушующим прибоем, когда он обратился к своим компаньонам:
— Ассасин мертв.
-Они загружают последнее судно, мой друг. Если повезет, в течение нескольких часов мы отправимся в путь.
Сидя в его любимом саду на территории дворца Ашкелона впервые за последние три месяца — и точно в последний раз, — Себастьян поднял глаза и встретил взгляд Логана.
— Работу на стене уже начали?
