Когда пламя наконец начало угасать, с башни начальника порта пропел прощальную песнь звучный голос трубы. На одном из кораблей, стоявших в гавани, отозвался колокол, и через несколько мгновений уже на всех судах в заливе звенели колокола или трубили трубы, отдавая последний знак уважения начальнику порта и другим мертвецам. Звуки сливались в протяжный, дикий погребальный плач, вздымавший печаль и страх города высоко в ночное небо, где больше не жили боги, которые могли бы его услышать.
Когда наконец трубы и колокола умолкли, а далеко пламя угасло в воде, лорд Байт провел рукой по глазам, отвернулся с каменным лицом и подал знак своим людям следовать за собой. Подавленные гвардейцы заняли свои места и пошли по пристани к берегу.
Линша, по-прежнему с кошкой и корабельным журналом в руках, шла за командующим Дерном. Гном Мика шел рядом с лордом-правителем. Когда они подошли к береговому концу причала, Линша обнаружила, что путь им преграждает большая толпа. Она состояла в основном из завсегдатаев портовых таверн и игорных домов и работников складов: мужчины и женщины, несколько минотавров, один-два драконида, несколько сердитых варваров и вездесущие кендеры, которых тянуло к любой толпе, как мух к сидру. Сначала они стояли тихо, но, увидев, что к ним идет лорд-правитель, начали выкрикивать вопросы, обращенные к нему. Позади собравшихся нервно ходили туда-сюда несколько городских стражников и ждали стражники с лошадьми. Только редкое оцепление отделяло правителя от напирающей толпы.
Он замедлил шаг, выпрямился во весь рост и оглядел собравшихся.
— Лорд Байт, что происходит? — спросили сразу несколько голосов.
— Почему вы забираете людей? — крикнула какая-то женщина.
— Мы слышали, что умерли уже несколько сотен людей. Говорят, что эта болезнь — проклятие!
Еще один сердитый голос выкрикнул:
— Сколько еще кораблей вы сожжете?
К толпе присоединились еще люди — моряки и купцы, карманники и слуги. Их крики, растерянные и сердитые, слились в единый, бивший по ушам гул, в котором невозможно было разобрать ни слова.
Командующий Дерн и капитан Девальд, не показывая тревоги, приказали гвардейцам присоединиться к оцеплению и окружить правителя.
Лорд Байт поднялся на кучу ящиков и протянул руки к толпе, прося тишины. Постепенно, с перепалками и бормотанием, зеваки замолчали.
Отчетливым и ясным голосом лорд-правитель начал отвечать собравшимся — емко, честно, ничего не скрывая; его снова начали бомбардировать вопросами, замечаниями и пьяными выкриками, и он, насколько мог, объяснил происходящее.
Линша могла только удивляться бесконечному терпению лорда Байта. Казалось, каждый звук его голоса и каждое движение его тела излучали спокойствие, и слова он выбирал такие, чтобы, объясняя, успокаивать слушателей. От гипнотического звучания его глубокого, ровного голоса шумная толпа понемногу утихомирилась. В свою речь лорд Байт вложил такое мощное усилие, что абсолютно все, кто его слышал, оказались под магическим воздействием его голоса.
Линша и гвардейцы так засмотрелись на лорда Байта, что не заметили нескольких громогласных юнцов, подошедших несколько позже и бродивших вокруг толпы, пьяно смеясь, заговорщицки перешептываясь и перешептываясь, передавая друг другу несколько больших бутылок эля.
К ним подошел приземистый человек, одетый в неприметную тунику и узкие штаны, вручил им кувшин гномьей водки и что-то шепнул с усмешкой предводителю компании — долговязому сыну рыбака. Парень расхохотался и наклонился к приятелям, чтобы передать им удачную шутку, они в свою очередь рассмеялись, а незнакомец скользнул в темный переулок и исчез.
Парни несколько раз передали кувшин по кругу для храбрости, потом один за одним они подобрали с земли, с пристани или с ближайшей кучи груза какие-то маленькие предметы и пробились вперед.
Сын рыбака допил бутылку эля.
— Помогите, на нас напали! — заорал он во всю силу своих легких и швырнул пустую бутылку куда-то в сторону гвардейцев лорда Байта. Его друзья тоже швырнули свои снаряды, и на гвардейцев обрушился целый дождь бутылок, камней, крюков и сломанных досок.
Несколько гвардейцев упали, окровавленные и ошеломленные. Остальные с яростными криками выхватили оружие.
Толпа ахнула, как будто внезапно разбуженная. Собравшиеся увидели упавших воинов, обнаженные клинки, и разразилось столпотворение.
Разъяренные стражники рванулись в толпу, чтобы схватить парней. Большинство собравшихся в испуге разбежались во все стороны, но несколько самых наблюдательных людей сумели схватить троих злоумышленников, а еще несколько погнались за остальными. Кони гвардейцев встали на дыбы и испуганно заржали. Офицеры начали выкрикивать приказы своим подчиненным.
Лорд-правитель наклонился вперед, положив руки на колени, и глубоко вздохнул. Попытка успокоить толпу и резкое разрушение его чар заметно истощили его силы. Его телохранители, оставшиеся на ногах, немедленно окружили его непроницаемой стеной.
Но Линша всего этого почти не видела.
