— Было легко, потому что вы такая спокойная. — Хлоя берет косметичку. — Некоторые тут так трясутся, что сложно грим накладывать, даже знаменитости нервничают.
— Правда? — Я навостряю уши в ожидании сплетен.
Но нас прерывает голос Зелды:
— Простите, Ребекка! Ну, как у нас тут дела? Грим отличный. А волосы?
— Стрижка хорошая. — Хлоя перебирает несколько прядей моих волос. — Я только уложу их феном и блеском пройдусь.
— Прекрасно. А потом мы пойдем в гардеробную. — Она заглядывает в свою папку, присаживается на крутящийся стул рядом со мной. — Так, Ребекка, нам нужно обговорить вашу тему.
— Хорошо, — отвечаю я так же деловито. — Я подготовилась. Все очень просто и доступно.
— Возникла небольшая проблема. Вчера на совещании мы обсудили этот момент и решили не упрощать все так сильно, — улыбается она. — Вы можете углубляться в профессиональные подробности сколько угодно! Графики, цифры…
— А… понятно, — испуганно бормочу я. — Ну что ж… отлично! Правда, я все равно постараюсь сохранить доступность…
— Мы бы не хотели обращаться к зрителям, как к несмышленым детям. Они же не конченые идиоты! — Зелда понижает голос: — К тому же вчера нам сообщили результаты опроса, и оказалось, что восемьдесят процентов телезрителей чувствуют, что все или некоторые телеведущие общаются с ними, как с тупицами. Словом, нужно исправлять ситуацию. И вместо простой беседы мы устроим горячие дебаты!
— Горячие дебаты? — спрашиваю я тоном, который не выдает и сотой доли моей тревоги.
— Вот именно! Мы хотим очень напряженной дискуссии! Обмен мнениями, спор. Что-то в этом духе.
Мнения? Но у меня нет никаких мнений.
— Ну как, согласны? — хмурится Зелда. — Вид у вас немного…
Срочно возьми себя в руки!
— Все в порядке. Просто… жду с нетерпением! Горячие дебаты. Прекрасно! И… с кем у меня будет дискуссия?
— С представителем «Флагстафф Лайф», — торжественно сообщает Зелда. — Лицом к лицу с противником. Прекрасное получится шоу, живое!
— Зелда! — доносится голос из коридора. — Опять Белла!
— Да господи боже мой! — вскакивает Зелда. — Ребекка, я вернусь через секунду.
— Хорошо, — удается выдавить мне. — Жду.
— Ну, — радостно чирикает Хлоя, — пока ее нет, дайте-ка я вам помаду наложу.
Она берет длинную кисточку и начинает красить мне губы, а я спокойно смотрю на свое отражение. Но сердце тяжело бьется где-то в горле, не позволяя сглотнуть. Никогда в жизни мне еще не было так страшно.
Я не могу вступать в горячие дебаты! Просто не могу. И мнения у меня нет, и фактами я не располагаю, я вообще ничего не знаю…
Господи, зачем я только согласилась пойти на телевидение?
— Ребекка, пожалуйста, держите губы спокойно, — удивленно говорит Хлоя. — Они у вас трясутся.
— Простите, — шепчу я, упершись невидящим взглядом в зеркало. Она права — я вся дрожу. Вот черт. Нет, так не пойдет. Надо успокоиться. Подумай о хорошем.
Пытаясь отвлечься, рассматриваю гримерку. На заднем плане вижу Зелду — она стоит в коридоре и говорит по телефону с весьма свирепым выражением на лице.
— Да, — слышу ее резкий голос. — Да, но дело в том, Белла, что аванс мы выплачиваем тебе за то, что ты являешься на съемку. И что я теперь должна делать? — Она поднимает глаза, видит кого-то и машет рукой в знак приветствия. — Так, Белла, я понимаю, что…
В коридоре появляются блондинка и двое мужчин, и Зелда им кивает, извиняясь. Мне не видно их лиц, но на всех троих дорогие пальто, в руках дипломаты, а у одного из мужчин еще и папка, набитая бумагами. Потрясное пальтецо у блондинки, отмечаю я. И сумка из шкуры пони от «Фенди». Интересно, кто это?
— Да, — продолжает Зелда. — Ну, если вы можете предложить другую тему для звонков телезрителей в прямом эфире… — Она вопросительно поднимает брови, обращаясь к блондинке, та в ответ пожимает плечами и отворачивается к стене, рассматривая картину.
И в эту секунду я перестаю дышать. Совсем.
Потому что я узнаю эту блондинку. Это Алисия. Алисия из «Брендон Комьюникейшнс», на расстоянии пяти метров от меня.
Это так нереально, что почти смешно. Что она тут делает? Что здесь делает эта стерва с длинными ногами?
Один из ее спутников поворачивается, и я вижу его лицо. Кажется, его я тоже знаю. Он тоже работает в «Брендон Комьюникейшнс». Такой изворотливый малый с мордашкой херувима.
Но что они оба тут делают? Что вообще происходит? Не могут же они…
Не могут же они…
О нет. Нет. Мне плохо.
— Люк! — слышится голос Зелды, и у меня сводит желудок. — Я
В зеркале я вижу, как кровь отливает от моего лица.
Нет, этого не может быть. Пожалуйста, скажите мне, что это неправда.
— Автор статьи уже здесь, — продолжает Зел-да. — Я ввела ее в суть планов. Уверена, из вашей дискуссии получится отличное шоу!
Она идет по коридору, Алисия и херувим следуют за ней. Потом в зеркале появляется третий человек в пальто. И хотя у меня внутри все судорогой свело, я не могу удержаться и поворачиваюсь к двери.
