Платья, куча моих платьев висели на вешалках. Туфли, сапоги и прочие радости девчачьей жизни. Все.
– Я хочу увидеть тебя снова, – громко сказала я шифоньеру. На всякий случай я повторила просьбу в каждую полку и в проем между окном и шкафом. Но ответа не получила. Ни в это вечер. Ни в следующие. Только календарь, который висел утром на прежнем месте, дал мне понять, что я не сошла с ума, и в доме идет еще какая-то жизнь. И что это за жизнь, я решила выяснить во что бы то ни стало.
Прошло несколько дней. Я сдавала экзамены. Нервное напряжение в доме и школе зашкаливало. Каждый вечер мы созванивались с Риткой, которая то плакала в трубку, то смеялась, то вообще была в мрачном расположении духа. Она собиралась идти в десятый класс, как впрочем, и я. Но, как и я не была уверена в успешных оценках.
– Ты дочитала «Сумерки», – устало спросила подружка. Она поссорилась с Денисом, впала в депрессию, и я слышала, как на другом конце провода она жует что-то явно не полезное. Рита заедала стресс.
– Сегодня буду читать, с этими экзаменами скоро с ума сойду, – ответила я.
– Если бы Денис был хоть немного таким, как этот Эдвард. Благородный, красивый, смелый. Денис только красивый, – подружка прерывисто вздохнула, – ненавижу его, – добавила она.
–Ничего, вы еще помиритесь, – я попыталась ее утешить, но безуспешно.
Я уже закончила разговор с Риткой, когда Кот резко подскочил. Его шерсть поднялась, он прижал уши и начал нервно стучать хвостом.
–Опять птицы, – сказала я и погладила его по напряженной спине. Кот уже несколько дней подряд охотился за птицами, которые садились на подоконник. Потом взяла книгу и уже погрузилась в чтение, когда Кот взвыв, бросился под кровать. Я выронила книжку и подняла глаза.
– Они другие, – сказал незнакомец, прислонившись к шифоньеру, – они совершенно другие. Его странный низкий голос завораживал. Я должна испугаться или нет? Я быстро вскочила с кровати и подошла к нему.
– Кто ты? – он был настолько высоким, что я буквально задрала голову вверх, – ты иллюзия, я разговариваю сама с собой или ты настоящий? – снова сказала я.
– Меня зовут Дивен. Я хранитель этого дома, – он улыбнулся. Лучше бы он этого не делал. Его глаза засверкали, лицо и без того миловидное, стало просто невероятно красивым.
– Хранитель? – я нахмурилась.
– Люди нас зовут домовыми, – улыбнулся он снова.
– А другие кто? Ты сейчас сказал, что они другие, – совершенно сбитая с толку спросила я.
Пришелец подошел к кровати и указал на книгу.
– Вампиры. Они другие.
– Какие они? – осторожно спросила я. Он посмотрел на меня сверху вниз, и его лицо стало серьезным.
– Лучше тебе не знать, – ответил он и шагнул к шкафу.
– Подожди, – вскрикнула я и схватила его за руку. Он резко повернулся и удивленно посмотрел на мою руку, державшую его ладонь.
– Ты на самом деле домовой? – с сомнением спросила я, – ты выглядишь совершенно не так…
Он улыбнулся снова.
– Почему? Ты знаешь, как они выглядят?
– Ну,…маленькие, черные, с бородой, – он снова широко улыбнулся, – ну ты с бородой и все такое.…Но ты не страшный и я должна спросить тебя к худу ты или к добру явился…
Он громко расхохотался.
– Тише! Ты хочешь, чтоб родители прибежали? – испугалась я.
– Женя, ты смешная. Я наблюдаю за тобой уже давно, и ты очень мне нравишься. Я к добру, – едва сдерживая смех, ответил он.
– А почему я тебя вижу? – задала я резонный вопрос.
Веселые искорки в его невероятных синих глазах засверкали еще ярче.
– Женя, ложись спать, – он аккуратно высвободил свою руку.
– Дивен, – окликнула я его, когда он шагнул к шифоньеру. Он обернулся. Яркие глаза полыхали красными искрами. Но мне было совсем не страшно.
– Это ты спас меня от тумана? – я нервно теребила край футболки. Он не ответил. Легкое дуновение воздуха и я была в комнате одна.
Стоит ли говорить, что я потеряла покой. Я вставала утром с мыслью о странном незнакомце, и ложилась спать с ней же. Любой скрип или скрежет в доме я принимала за него. Домовой…не может этого быть. Я перерыла весть интернет в поисках описания домового. И везде вылезали картинки одна другой страшнее. Но все источники придерживались одного мнения – домовой это хранитель. Он охраняет дом и людей, живущих в нем.
«Домовой выбирает для себя место обычно в глухом месте дома, где может свить гнездо, не опасаясь быть обнаруженным» – гласил один из сайтов.
Я с сомнением посмотрела на шифоньер. Гнездо? Свить? Этот викинг и вить гнездо? Я вас умоляю. Мне, почему то, представился Дивен в гнезде. Гнездо непременно в шифоньере, под платьями. Я расхохоталась.
«Домовой любит угощения. Необходимо ставить ему блюдечко молока и вазочку конфет» – еще нелегче. Значит к шифоньеру, где он свил гнездо, мне надо притащить блюдце с молочной продукцией. При его габаритах вряд ли блюдечко молока его насытит. И вазочкой конфет тут не отделаешься.
