Три года назад я сбежала от мужа, мечтая никогда больше не видеть его. Чудовище, которому меня продали за долги. Он стал моим первым мужчиной. Моим главным врагом. У меня появился шанс начать все заново, забыть о кошмаре прошлого. Вот только сбежав, я поняла, что мы будем навсегда связаны. Нашим общим ребенком. Мой сын. Я люблю его больше всего на свете. Его отец не достоин знать о самом сладком малыше в мире, которого я родила спустя шесть с половиной месяцев после своего побега. Но что делать, если я так и не могу забыть его отца? Он занял укромный уголок моего сердца. Ничем не избавиться, не вытравить. Враг или любимый? Кем он станет для меня, когда однажды, появится передо мной, одержимый гневом, желанием отомстить. Или… Любовью?
Образы из сна встают передо мной, пока маневрирую в потоке машин ранним утром. Так странно, они кажутся более правдоподобными, чем реальность. Надо будет вечером поделиться с Кристиной, она любит толковать сны.
Я – маленькая девочка, лет двенадцати, оказываюсь в глухой чаще леса, по которому начинает скользить очень яркий луч света. Я бегу от него, стараясь спрятаться в темноте, но он неумолимо догоняет меня. Внутри глубокая убежденность, что в самой темной чаще я найду спасение. Главное – сбежать. Но свет неумолимо настигает меня.
До сих пор передергивает от пережитого кошмара.
Да что со мной такое?
Три года прошло, как я сбежала от мужа. Это было непростое время. Много пришлось пережить, преодолеть. И чувство оглушительного одиночества, и страхи, что не справлюсь. Но все сложилось. Я стала самодостаточной, самостоятельной.
Одно время я жила в постоянной панике за своего малыша. Что Давид найдет меня и заставит сделать аборт. Потом страшно боялась, что ребенок родится с отклонениями. Делала все возможные анализы.
Роды были тяжелыми, в конце концов врачи приняли решение сделать кесарево. После я неделю едва могла шевелиться. Молока почти не было. Если бы не присутствие рядом подруги, я бы не справилась.
Потом боялась, что сынок плохо набирает вес, страх за его жизнь и здоровья преследовал меня непрерывно.
Постоянные нервы, переживания. Как не сошла с ума – не знаю.
Но я не имею права жаловаться. В конце концов, все сложилось неплохо. Я смогла начать жизнь с абсолютно чистого листа.
На всякий случай, рожала я по документам Кристины. Мы немного похожи внешне, только она – брюнетка, а я натуральная блондинка. Решили, что это ерунда. Разве женщина не имеет права сменить имидж? Так я и отвечала тем, кто удивлялся моей непохожести на фото в паспорте.
В то время конспирация была для меня самым главным. Я очень боялась, что Байратов найдет меня. Не представляла, что он сделает.
Главное, чтобы никогда не узнал, что я родила через шесть с половиной месяцев после своего побега.
На севере нам с Крис не понравилось. Тяжелый климат, гнетущая атмосфера, работы мало. Подруга начала часто ругаться со своим женихом. Потом, как апогей, застала Игоря с другой женщиной в постели. Я тогда снимала крошечную комнатушку у одной милой старушки. Кристина приехала в истерике, я еле ее успокоила. Вскоре Игорь уехал, в неизвестном направлении. Оставил долг по аренде квартиры, за три месяца. Мы были в ужасе, не знали как выбраться из финансовой ямы.
Совершенно случайно я наткнулась в те дни на письмо отца, которое так и не открыла. В нем оказался тайный банковский счет. Папа оставил мне огромную сумму! Это было как будто он стал моим ангелом хранителем. Придало силы, веру в себя. В то что надо продолжать бороться. За себя, за ребенка.
Мы смогли заплатить долги, потом случились роды. Пока я приходила в себя, осознавала, как все поменялось в моем мироощущении, подруга искала нам квартиру.
Мы перебрались поближе к теплому южному солнышку – для малыша полезнее.
У меня родился самый красивый в мире мальчуган.
Мой родной, бесценный.
Как только взглянула в его огромные голубые глаза – ощутила такой силы любовь, что вдох едва смогла сделать.
Назвала Александром, в честь дедушки, папиного отца. Он умер, когда я была еще совсем крохой, но помню, как играл со мной. Я обожала деда.
Все закрутилось. Переезд, обустройство в скромной двушке. Бессонные ночи, то животик, то зубы. Саша в первый год жизни был очень неспокойным малышом.
Зато ближе к двум годам все изменилось.
Я стала подумывать о том, чтобы найти работу. Университет пришлось бросить, теперь дистанционно заканчиваю другой. Боялась, что Байратов вычислит, забрала документы. Кристина сделала то же самое.
Вот уже семь месяцев я работаю в крупной финансовой фирме, секретарем-референтом. Мне нравится коллектив, и начальник у нас очень приятный.
Крис после истории с Игорем тоже многое пережила. Оказалось, что беременна. Случился выкидыш, врачи еле спасли ее. Диагноз страшный – скорее всего не сможет иметь детей.
Так что Саша для нее – свет в окошке. Наш рыжий красавчик. Огненная шевелюра малыша точно в моего деда. У него такая же была. Голубые глазищи – мои.
Кристина даже в рыжий цвет покрасилась, чтобы больше походить на его родственницу. Иногда, гуляя на детской площадке, слыша, как к ней обращаются «мамочка», она не спорит.
Понимаю, что так ей легче. Хоть и чувствую ревность и боль всякий раз.
Для Саши Кристина – любимая тетя. Сейчас уже не так прячемся, выдохнули. Три года прошло. Не ищет меня Байратов. Думаю, и не искал не секунды. Я новый паспорт сделала, без штампа о замужестве. Чтобы ничего не напоминало о нем. Как и свидетельство о рождении малыша. Сообщила об утере, все новое выправила, заплатив штраф.
Въезжаю в подземный гараж под зданием, где располагается офис моей фирмы. Митя, парковщик, всегда улыбчив, не прочь пофлиртовать, подмигивает и в этот раз. Улыбаюсь в ответ, хотя на душе все равно непонятная тревога.
