За пару недель до декрета беременная Мария попадает в автомобильную аварию. Выживают и она, и ребенок. Но это становится началом череды несчастий.После очередного происшествия Маше оказывают первую помощь в частной клинике. Девушка замечает, что главный врач ведет себя странно, излишне ее опекает. С доктором явно что-то не так, только при взгляде на него холодеет спина.Это не только психологический триллер о деструктивных отношениях, но и мистика. Главной героине не дается слово «Бог», муж кажется огромной птицей, неожиданно замерзают двери.Книга держит в напряжении до самого конца. Хотят ли Маше добра или у кого-то свои планы на ее беременность?
Машка смотрела на голый участок земли, очищенный от снега – здесь будет её дом, их дом. Жить с родителями мужа не получилось, девушка не смогла найти общий язык со свекровью. И со своими предками аналогичная история, муж с тёщей не смогли прийти к компромиссу. Что говорить, супруг и со своей родной матерью не ладил. Не жизнь, а сплошные скандалы. А частный дом, не самый большой, но и не маленький – это отдельный островок, где будут жить только они, никто не влезет, как настоящая семья.
Ребёнок ткнул ножкой в ребро. Мария положила руку на живот и с улыбкой погладила выпуклость, пяточку долгожданного дитя, того, кто ещё в утробе. Сын! Вчера ещё раз подтвердилось, что родится мальчик.
– Ну, всё, жирная корова, шевели булками, посмотрела и хватит. Поехали, я жрать хочу!
– Подожди, мне так здесь нравится, лес шумит, слышишь?
Беременная встала лицом к высоким ёлкам, которые макушками дотягивались до облаков и покачивались в такт ветру, осторожно стряхивая пушистые снежные шубки.
– Пошли я сказал, мне ещё на работу надо и тебе надо на работу, забыла, что ты ещё не в декрете? У тебя на карте деньги есть?
– Да, осталось пару тыщ.
– Отлично, надо машину заправить.
– Но я же хотела оплатить пинеточки и кофточки, мне Кира принесёт сегодня, связала специально для меня, под заказ.
– Ты пешком хочешь в Питер идти? Отсюда больше двадцати километров до города.
– Ладно, заправим.
– Что значит ладно? Ваще страх потеряла?
При последней фразе чёрная борода мужика взлетела в направлении носа. Маша вжала голову в плечи и поплелась вслед за мужем. «Попрошу Кирку о рассрочке…, – она добрая, не откажет, хорошо хоть за пряжу сразу отдала». Ещё раз осмотрела площадку под фундамент, наклонилась к земле и схватила горсточку снега.
По дороге к машине слепила в руках снежок, сначала понюхала, а затем покатала по собственной щеке. Хотелось забрать с собой, как часть будущей лучшей жизни. Комочек стал твёрже, будто покрылся льдом от её рук. Цвет уже не белый, а слегка сероватый, влажный и уже не такой приятный.
Машенька подняла руку высоко-высоко и размахнулась. Но закружилась голова, девушка качнулась и оступилась, а твёрдый ледяной мячик полетел прямиком в голову супруга, вместо того, чтобы улететь в сторону пустого участка.
– Ой! – испуганно вскрикнула девчонка.
Вытаращила круглые пучеглазые глаза и сжала всеми мышцами живот. Как сделать, чтобы Андрей не злился на неё?
Андрей развернулся в пол-оборота, сверкнул чернеющими от неожиданности глазами, сдвинул брови, расширил ноздри, а густые смоляные ресницы добавили глазницам жуткой глубины. Сделал шаг в сторону жены и упал, прямиком в сугроб лицом. Машка подбежала, чтобы помочь подняться. Но парень перевернулся с живота на бок, захватил двумя руками снег и подбросил пушистые охапки на себя. Эдакий фейерверк. Фонтанировал и кричал:
– Ура! Мы купили этот дом! Ура! У нас будет свой огромный дом!
– Ну, не такой уж и огромный, как хотелось бы…
Тихонько фыркнула молодая женщина себе под нос.
– Давай, падай сюда, тут мягко!
Машка тихонечко опустилась на корточки, а потом кокетливо прилегла рядом.
– А давай, как ангелы? – спросила она, чуть дыша.
Лежала, но в то же время хотелось встать и убежать, сесть в машину и очутиться дома, в тепле. Только бы его настроение за это время снова не изменилось. Как сделать, чтобы Андрей не злился на неё?
– А давай, ты лежи и порхай руками, ногами по снегу!
– Подвинься!
– Ваще обалдела? Тебе надо, ты и двигайся!
Из-за того, что Мария легла слишком близко к мужу, двигать сразу двумя руками и двумя ногами становилось невозможно, не хватало места. Тогда девушка стала отодвигать снег только одной левой рукой и только левой ногой, с той стороны, где оставалось достаточно свободного пространства.
Любимый подключился, лёг на спину и размахивал правой рукой и правой ногой. Вверх – рука поползла по заснеженному газону, прижимаясь бицепсом к голове, и опустилась вниз, к бедру. Вверх – правая нога поехала по поверхности сугроба и остановилась на секунду перпендикулярно левой и тут же в исходное положение.
Затем пара тихо-тихо, чтобы не разрушить нарисованный телами рисунок, поднялась и оглянулась. Картина на снегу получилась ужасно смешной – растолстевший ангел с двумя телами и двумя головами.
Засмеялись. Супруг обнял суженую за талию, прижался к щеке холодной и сырой бородой:
– Пойдём в машину, жрать охота, а теперь мы ещё и вымокли.
– Я так тебя люблю!
– Я тоже тебя люблю, моя самая страшненькая девочка на свете!
В салоне старого золотистого Опеля Омега пахло кофе. Огромные бумажные стаканы остались стоять на торпеде. Маша села на заднее сиденье, так как переднее было завалено покрышками, планировали переобуть машину на зимнюю резину.
