В XXI веке Глеб Орлов был журналистом. В веке IX ему пришлось стать Глебом-Первоходом, исследователем и покорителем загадочного Гиблого места. Судьба не дает ему передышки – победа над посланниками Тьмы не принесла Глебу покоя, и он вновь вынужден отправиться в Гиблую чащобу. На этот раз, кроме уже привычных чудовищ, Первоходу и его спутникам приходится иметь дело с тремя невольными путешественниками во времени. Цель Глеба – запечатать магическим камнем выход из Преисподней. Но, кажется, все в этом мире ополчились против него...
Моим племянникам – Алексею Храброму и Анастасии Премудрой
Порыв ветра пробежал по кронам черных пихт и елей, словно вздох огромного чудовища, оплакивающего своих безобразных отпрысков, сраженных рукою чужака.
Крев столкнул с себя обезглавленное тело твари и поднялся на ноги. Несмотря на пронизывающий ветер, он обливался потом. Ему не впервой было драться с тремя противниками одновременно, но таких живучих и жутких гадов он еще не встречал.
Отряхнув порванный комбинезон, Крев поискал на земле выжигатель, который выронил во время схватки, нашел его, стряхнул с него мусор и сунул оружие в чехол. Затем поднял сумку и, поморщившись от боли в ушибленной груди, забросил ее на плечо.
Избитое тело болело, но особых причин для расстройства не было – твари так и не сумели вцепиться в него зубами и не нанесли ему смертельных или опасных ран.
Крев огляделся. Сумерки в лесу стремительно сгущались. Еще полчаса, и мрак станет непроглядным. А этот странный лес и при дневном свете казался жутким. Отблесков далекого зарева над лесом уже не было видно. Судя по всему, огонь на месте разверзшегося ада уже угас. Хорошо хоть не перекинулся на деревья.
Еще немного передохнув, Крев поправил на спине сумку и зашагал через мрачный и черный лес-глушняк, стараясь не сойти в сумерках с едва видневшейся тропки. Рано или поздно эта тропка куда-нибудь его приведет.
Он прошел шагов двадцать, когда ночную тишину леса взрезал жуткий многоголосый вой. По спине Крева пробежал мороз, но он не остановился. Лишь прижал ладонь к груди, к тому месту, где под прочной тканью комбинезона висел на шее платиновый крестик, и хрипло прошептал:
– Господи, помоги мне выбраться отсюда.
Сомкнув губы, Крев горько усмехнулся: надеяться на бога не стоило, ведь он отвернулся от Крева еще два года назад. Крев сплюнул себе под ноги, двинулся дальше.
Интересно, выжил ли еще кто-нибудь? Крев вспомнил ухмыляющуюся физиономию Раха… Этот смертоносный дьявол вполне мог выжить. Рах силен, ловок и хитер. Крев отлично помнил, как, не зная сна и отдыха, шел по следу Раха, чтобы пресечь его кровавый путь, устеленный трупами невинных людей.
И вот теперь он снова вынужден думать об этом дьяволе во плоти и оглядываться по сторонам, опасаясь внезапного нападения.
Резкий порыв ветра заставил Крева поежиться. Рваный комбинезон – плохая защита от холода и ветра. Хорошо бы сейчас развести огонь, но, увы, нечем.
Тьма становилась все гуще, и вот уже на небе проступили звезды.
И вдруг Крев остановился. За деревьями полыхал костер. Сердце Крева подпрыгнуло в груди и, забыв об опасности, он бросился вперед. Теперь он не обращал внимания ни на бьющие по лицу ветки, ни на чавкающую под ногами грязь. Лишь бы побыстрее выбраться из этой проклятой, промозглой чащобы к огню, к людям и – черт побери! – к еде. Он так давно не ел настоящей пищи, что почти забыл ее вкус. И все же мысли о жирном, хорошо прожаренном куске мяса вызывали в его желудке судороги и заставляли дрожать от вожделения.
Впереди, за деревьями, он увидел людей.
Их было четверо, и один из них явно услышал или почувствовал его приближение. Он был высок и широкоплеч и стоял спиной к костру, положив руку на пояс. (Вероятно, затем, чтобы побыстрее выхватить оружие в случае необходимости.) С этим нужно держать ухо востро, решил Крев.
У ног одного из странников, юного, белокурого парня, лежал старый пес.
Раздвинув кусты, Крев вышел на лужайку и остановился так, чтобы отблески костра падали ему на лицо. Пес лениво поднял морду, скользнул по Креву безразличным взглядом и снова положил голову на толстые лапы. Выждав несколько секунд, Крев решил, что незнакомцы успели его разглядеть, и громко спросил:
– Кто вы, странники?
Тот, что стоял спиной к костру, самый рослый и крепкий из всей компании, поднял левую руку в приветственном жесте и пробасил:
– Я ходок. Зовусь Ставром Смелым. Воевода Видбор – мой дядя. А ты…
– Ходок? – переспросил Крев.
Парень кивнул.
– Да. Ходок в места погиблые. А это… – Он обвел широким жестом троих своих спутников. – …Мои ведомые. Люди, которых я привел сюда за чудными вещами. А кто ты такой, добрый человек?
– Ты назвал меня добрым человеком?
– Да.
Крев усмехнулся. Затем огляделся и спросил:
– Далеко отсюда до города?
Странники, сидевшие у костра, изумленно переглянулись, а их предводитель, назвавший себя ходоком, ответил:
– Далеко.
Крев поскреб пальцами поросшую русой щетиною щеку и, нахмурившись, сказал:
– По дороге к вам на меня напали какие-то сумасшедшие. Я снес одному голову, но он продолжал цепляться за меня. – Крев передернул плечами. – Должно быть, я слишком устал и бредил наяву.
Сплюнув себе под ноги, он достал из кармана плоскую флягу, свинтил крышку и приложился к горлышку. Отхлебнул он торопливо, и вода полилась по подбородку.
Трое «ведомых», сидевшие у костра, испуганно о чем-то зашептались. А ходок Ставр хмуро спросил:
– Где ты взял эту воду, странник?
– Набрал в роднике, – последовал ответ. – А что?
