Он вынул из кармана iPhone и начал колдовать.
– Учусь. Учусь. Итак, переводчик. Ерш. Но это «perch», рыба!
– Да, рыба, но и жаргонное названия водки с пивом.
– Понимаю… А слово «клен» по-русски означает только дерево или есть какое-нибудь другое, жаргонное значение?
– Вроде бы никакого. Почему ты спрашиваешь?
– Эта самая Элла Вульф при разговоре со мной употребляла его, как мне показалось, в другом значении. Не обозначает ли оно в вульгарной речи, скажем… «пенис»?
Такого оборота я не ожидал:
– Да нет.
– Эта Элла как-то странно смотрела на меня и говорила про мой «клен». И называла его «fallen down and iced over». Ну, я понимаю, «fallen down» опавший. Но почему «iced over» заледенелый?
– Она очень странная и, по-моему, с сексуальным уклоном.
– Вот-вот, – обрадовался Билл, – И мне так показалось. Опавший!
– Silly woman, – сказал я. – Дура.
– Дура, – по-русски согласился Билл.
Потом мы поехали назад в отель.
– Езжай медленнее, – попросил Билл. – Такой хороший вечер. После Вашингтона здесь так легко дышится.
Заснул я сразу. И приснилась мне Любовь Орлова. Мне раньше никогда не снились женщины. Да еще в таком виде. И я вспомнил слова Вирджинии Вульф: «Тот, кто лишает нас снов, лишает нас еще одной жизни».
Дорога в Платтсбург шла через горный массив Адирондак. Серые, не поражающие высотой горы и густые леса. Мне говорили, что это единственное место в Штатах, где нет змей. Нет и медведей. Местный школьник написал в сочинении: «Медведи съели всех змей, улетели на зимовку во Флориду и не вернулись, потому что у нас не осталось змей». Логично. Когда я проезжаю Адирондак – а мне часто приходилось это делать по дороге из Монреаля в Нью-Йорк – я всегда вспоминаю американского художника Рокуэлла Кента. Он рисовал эти горы. Очень левый, реалист покруче Шишкина, в Москве его любили, он был членом разных организаций в защиту мира, лауреатом Ленинской премии.
К моему удивлению, Билл хорошо знал Кента:
– Это был мастер. Никто не мог понять Адирондак так, как он. Сейчас очень распространен дизайн в стиле Адирондак. Мебель из местных пород дерева. Цвета бежевый, коричневый, зеленый. И у Кента картины в тех же тонах. Кстати. Кент умер в Платтсбурге. Там есть его музей. Мы туда обязательно съездим.
Мы проехали деловую часть Платтсбурга, через две мили повернули налево, миновали массивное здание почты с огромным американским флагом на флагштоке, потом еще раз повернули и остановились перед одноэтажной виллой.
– Здесь наша штаб-квартира, – сказал Билл.
На следующее утро Билл начал вводить меня в курс дела:
– Андрей встретился с розовым Владиком, повел его на ланч. Во время ланча Андрей спросил его, не встречал ли он в городе девчонку, очень похожую на его сестру. «Да, – ответил тот, – встречал. В городе много девчонок, очень похожих на известных фигуристок, в том числе и на вашу сестру. Здесь будет сниматься фильм про фигуристок. А так как настоящим фигуристкам платить надо очень много, то используют двойников».
– Андрей сделал вид, что верит?
– Нет. Он сказал, что слышал историю о людях с разными зарядами. Владик захохотал и спросил: «Это вам Даша рассказала?» Андрей признался: «Да, Даша». – «Так это я придумал». «Зачем?» – удивился Андрей. «Чтобы ее попугать. Ее надо иногда пугать». «Чтобы завтраком кормила?» – «Точно, – согласился Владик и предложил: – Хотите, я вам покажу этих двойников. Я, правда, с ними не знаком. Но знаю, где их можно встретить». И на следующий день они поехали в известное тебе «Кофе Бин». Сели на веранде и стали ждать. Через полчаса появились четыре девчонки. Ни одна из них на Дашу похожа не была. «И которая из них похожа на мою сестру?» – спросил он Владика. Тот показал на одну из девчонок и неуверенно произнес: «Вроде бы вот эта. Если ее подкрасить…» – «Все равно не похожа», – не согласился Андрей, и они пошли пить кофе в «Старбакс».
На следующий день Андрей снова пришел в это кафе. Но уже один. В двенадцать часов туда опять пришли девчонки. Все четыре. Если ты помнишь, чтобы попасть на веранду надо пройти через магазин сувениров. А там есть отдел, где продают кофейные сервизы и молотый кофе. Есть там и кофейный аппарат. Андрей попросил девушку, которая стояла за прилавком, сделать ему кофе. Это не входит в ее обязанности, но она согласилась. Андрей сделал вид, что за ней ухаживает. Это ему в дальнейшем позволит часто бывать в магазине, пить кофе и наблюдать за девчонками. На этот раз Андрей их сфотографировал. Я тебе покажу фотографии. Но сначала посмотри на настоящую Дашу.
Наспех сделанная телефоном фотография. Серые, ничего не выражающие глаза, небрежно собранные черной лентой светлые волосы, джинсовая незастёгнутая рубашка.
– А теперь эти.
Фотографии четырех девчонок лет шестнадцати. Хотя в наше время определить возраст девчонок трудно.
