Героиня романа Ева Черни добивается всего, о чем она мечтала, для нее не существует запретов и препятствий, она не боится рисковать. Ее врожденный дар – возвращать женщинам красоту и молодость – приводит ее на вершину успеха: ее косметику и духи знают во всем мире.Блестящая женщина, Ева легко распоряжается чужими жизнями, но почему же в ее собственной события не всегда происходят по ее сценарию? Почему тайны, которые Ева тщательно прячет от посторонних глаз, снова и снова преследуют ее?
На вопрос Макса привратник ответил:
– Доктор Александра Брент предупредила о вашем приезде и просила передать вам вот это… Вас проводить?
– Нет, спасибо, – ответил Макс и развернул записку, написанную знакомым четким почерком Алекс. Записка была короткой:
«Как у павловской собаки при виде зажженной лампочки, – раздраженно подумал Макс, – мое появление у Алекс связывается только с плохими вестями. К сожалению, на этот раз так оно и есть, моя девочка. Я вынужден сообщить, наверное, самую страшную новость в твоей жизни. Но все-таки лучше, если это сделаю я, чем кто-либо другой…»
Окна комнаты Алекс выходили в сад во внутреннем дворике. Ранние сумерки уже окутали окрестности влажной мглой. Но Алекс, уходя, задернула занавеси, и в комнате было уютно и тепло, благодаря камину, где догорали поленья. Макс скинул плащ, прошел в комнату, без труда отыскал бутылку виски. Она оказалась непочатой. Макс придвинул кресло к камину, скрестил ноги и налил себе порцию «Джека».
По дороге в Кембридж он попал в пробку из-за аварии у Бишопс-Стортфорда. Но ради Алекс он готов был выдержать и не такие трудности.
«Когда я приезжал сюда в последний раз? – подумал он. – Почти год назад. Как быстро пролетело время!»
Макс поднялся и поставил кассету. Подчиняясь волшебным пальцам Эрла Гарнера, мысли его устремились вслед за чудесной мелодией «В туманную даль»… «Алекс, Алекс! Не спеши… Ради Бога, не спеши на этот раз…» – подумал он, еще раз поражаясь тому, с какой быстротой пролетело время. Еще вчера студентка-первокурсница Кембриджа, Алекс – теперь доктор филологических наук Александра Брент – сама принимает экзамены.
Макс нахмурился. Его длинные пальцы принялись барабанить по кожаному подлокотнику кресла: он никак не мог решить, налить ли ему еще немного виски или нет. Но тут дверь открылась и вошла Алекс. Не так, как она входила обычно – с неповторимой медлительностью морского судна, – а стремительно, будто ворвался ветер. Удивил его и румянец, полыхающий у нее на щеках, и зеленые глаза – обычно такие же спокойные, как и она сама, – сегодня сияли, словно она была чем-то воодушевлена.
– Прости, что заставила тебя ждать, Макс. – Алекс подошла к нему, обняла и поцеловала. – Страшно рада видеть тебя.
– А я как раз сидел и думал, что не был у тебя почти год. Как долго…
– Ничего, ты за это время не постарел ни на йоту, но вот подстричься тебе не мешало бы. – Она провела рукой по его волосам – все таким же темным и волнистым. Виски, правда, слегка тронула седина. Но сколько Алекс себя помнила, столько же она помнила и эту раннюю седину Макса.
– И тебе тоже, – ответил комплиментом на комплимент Макс.
– Какие еще будут замечания?
Макс с шутливой серьезностью нахмурился:
– Ты нарочно покупаешь свои дешевые костюмы на несколько размеров больше, чтобы казаться постарше и посолиднее, как и полагается доктору филологических наук? Проконсультировалась бы хоть раз со мной, когда будешь обновлять свой гардероб…
– Прошу прощения, – кротко ответила она, – но сколько я тебя знаю, ты постоянно занят только делами мадам. Тебе не так уж часто удается выбрать время для встреч со мной… Обычно ты приезжаешь только с каким-нибудь поручением…
– Но сегодня я просто приехал к тебе…
– Да ладно, Макс! Ты же знаешь, как я рада видеть тебя, независимо от повода, по которому ты приехал. Хочешь чаю?
– И чем больше бутербродов, тем лучше. А чай у тебя какой? Если можно, завари индийский, а не китайский.
Алекс с завистью оглядела его:
– Как это тебе удается: ешь, как волк, и не прибавляешь ни грамма?
– Я много и усердно работаю.
– И мадам подгоняет тебя хлыстом?
– Хочешь, чтобы я показал рубцы?
Алекс засмеялась, двинувшись в сторону маленькой кухоньки.
– Какие новости от Криса? – крикнула она оттуда. – Он все такой же капризный, как и прежде?
– Нет. Теперь уже нет.
– Сколько ребер он переломал на этот раз? И какую по счету машину разбил? Четвертую?
– Пятую. На этот раз «порш», который он купил всего десять дней назад.
– Глупый мальчишка! – Алекс вернулась в комнату с подносом, на котором горкой лежали бутерброды, масло, ножи и вилки. Она нахмурилась и оттого, что расстроилась, и оттого, что рассердилась. – Ну когда же он наконец уймется и поймет, что, даже если мчаться со скоростью тысячу километров в час, все равно ему не вырваться из цепких рук матери. – Она протянула Максу тарелку и вилку. – Надеюсь, на этот раз ты приехал не для того, чтобы отвезти меня к нему и снова усадить у постели? Он такой нетерпеливый больной, ему настолько невыносимо скучно лежать…
– Нет, он не посылал меня за тобой…
Алекс нахмурилась еще больше:
