– Тяжело твою тушу Ларисе закопать будет. До утра не справится.
– А, не знаешь ты! – Егор выпил. – Она закопать может кого угодно. Это она только с виду маленькая и слабенькая.
– То-то я и смотрю – закопанный ты наш. Так чего я дурак?
– Про Вику я сказать ничего не могу, потому что ей в силу возраста ещё можно глупости делать, а в нашем возрасте, пора не только эмоциями жить, чуть-чуть нужно и мозгами думать. А ты что? Ну, подумай, Игорек, кому ты сегодня лучше сделал, когда начал характер показывать? Себе? Так, я бы не сказал. Сидишь сейчас, жить тебе тошно. Вон уже с Сударевым разговаривать начинаешь. Того и гляди, третий к вам прибавится – Михалыч. А там и до бывшей работы в качестве пациента недалече. Ей? Наверное, если бы хорошо ей было, так не пряталась бы она от всех. Кому? Коляну? Так он, от удовольствия, валидола обожрался – виноватым себя и перед ней, и перед тобой чувствует. Назови мне хоть одного человека. Хотел пообижаться, ну и обижался бы себе по тихой. Сели бы с ней, поговорили бы, как взрослые люди, спокойно всё бы выяснили. Что у вас там получилось? Колян ведь в подробности особенно не вдавался.
– Молчи, Егор, – Игорь чуть зубами не скрипнул. – Сам не знаю, как сорвался… Такого натворил… А с другой стороны, не могу я альфонсом становиться.
– Ещё раз дурак. Альфонсом ты бы был, если бы долго обходил её стороной, а потом, узнав, кто она, проходу ей не давал бы. При этом она бы заваливала тебя подарками, а ты бы реплики подавал типа: «Кошечка моя, мне бы не помешал новый «мерс» под цвет твоего платьица». Я таких козлов знаешь сколько в своем заведении вижу? Приходит баба моей комплекции с каким-нибудь курчавеньким мальчиком (и что они так курчавеньких мальчиков любят?), натягивает на свой зад стринги и спрашивает: «Котик, мне это идет?». А котик, старательно сдерживая рвотный позыв, говорит, что идет, а потом через пару дней приходит с пачкой зелени и девочкой, которая так от него обалдела, что глаза у неё, как блюдца, и начинает сорить баблом, рассказывая девочке сказки о своем прибыльном бизнесе. Вика же тебя не просила за ней дамскую сумочку носить и её коту сопельки вытирать или песок в горшке менять, в обмен на энные суммы.
– Ну да… А за то, что я с ней работал, кто платил? Она или Колян?
– Во-первых, действительно, Колян. Во-вторых, ты, милый, работал. Ты ещё скажи Коляну, что альфонсом себя чувствуешь по отношению к нему, когда зарплату получаешь. Здорово голубизной бы пахнуло. Вот уж не знаю, понравилось бы ему или как. А я вообще свихнулся бы от такой работы. У тебя нервы стальные – чужой бред выслушивать и разбирать! Меня бы и на полдня не хватило.
– По-твоему, Колян бредил? Или Вика?
– Я не о них. У некоторых действительно проблемы. А у некоторых… Я же кое-кого из твоих клиентов знаю. Они же мертвого заморят своими излияниями.
– Егор, а ты помнишь наш разговор, когда Викин брат погиб? Ты тогда предложил познакомить нас.
– Да? – Егор наморщил лоб, пытаясь вспомнить. – Не очень. А что я тогда говорил? Помню, что мы с тобой пили и друг другу на жизнь жаловались. А больше ничего не помню, хоть стреляй.
– А я запомнил, что ты, вроде бы в шутку, предложил нас познакомить. Сказал ещё, что у вас с Коляном рука легкая.
– Мало ли что я сказал? Ну, легкая. Так что с этого? Ты что, думаешь, что мы тебя наметили заранее, а потом знакомить начали?
– Не знаю. Только странно как-то совпало всё это.
– Э, Михалыч, тебе действительно что-то плоховато сегодня. Глупее ничего не мог придумать? Пить больше точно уж сегодня не будем, а то тебе ещё что-нибудь на ум придет. Ты вот лучше скажи, тебя одного можно оставить? Глупостей каких-нибудь не натворишь?
– Кажется, больших глупостей, чем натворил сегодня, натворить я уже не смогу. Ты скажи, сам пришел или тебя Колян прислал на разведку? Я ведь сегодня в горячке взялся заявление об уходе писать. Он, правда, заявление порвал, выбросил и пообещал, что так же и с остальными будет.
– Ну, ты даешь! Сам я пришел. Колян дома отходит. Ему в машине валидола мало было, так он его дома вместо сладкого на десерт есть продолжает. О тебе и разговора не было. Сказал только, что вы с Викой поссорились.
– Да, наделал… – Игорь покачал головой. – А Вика действительно не отвечает.
– Хочешь дельный совет?
– Хочу.
– Сейчас ложись спать, а утром приходи на работу, как будто ничего не случилось.
– А не о работе?
– Вот тут ничего тебе сказать не могу. Тут сам крутись. Разве что могу как-нибудь в гости пригласить вас обоих.
– Не стоит. Не тот вариант.
– Вот видишь. Без меня и Коляна разберетесь.
Они посидели ещё немного, затем Егор простился и ушел. Первое, что он сделал, придя домой, взялся за телефон. Николай ответил сразу.
– Был я у него, – сообщил Егор.
– Ну? – в голосе Матюхина появилось нетерпение. – Как он там?
– По-моему, готов башкой об стенку биться от удовольствия. Но, гарантирую, что завтра будет в офисе.
– Что ты ему сказал?
– Да ничего особенного. Так, потолковали о том, о сем. Виктории дозвонился?
– Дозвонился. Сказала, что смертельно хочет спать.
– Плачет?
