После чаепития Вера Петровна уселась в кресло у телевизора, демонстративно уставилась в экран (она будто не замечала той суеты, что началась в квартире). С моёй помощью Виктор Семёнович перенёс новый аквариум в ванную, промыл его раствором пищевой соды. В это время Иришка вооружилась сачком — вылавливала рыб и пересаживала их в банки с водой. Растения из старого аквариума Иришкин отец поместил в старую кастрюлю. Доверил их промывку мне — я плескался в раковине на кухне, словно мыл зелень для овощного салата. Виктор Семёнович тем временем почистил в ванной комнате аквариумный грунт.
Новый аквариум мы водрузили на место старого едва ли не под торжественные фанфары — даже Вера Петровна повернула голову и взглянула на его вымытые до блеска стёкла. Раскладывал по дну грунт и рассаживал растения Виктор Семёнович: ни мне, ни Иришке он это ответственное дело не доверил. Зато он поручил мне таскать вёдра с водой. Виктор Семёнович всё же уступил своей дочери право запустить в аквариум первых рыб (хотя он первым делом предложил эту привилегию жене — та от неё горделиво отказалась). Я наблюдал из-за Иришкиной спины, как плюхнулись в воду чёрно-оранжевые меченосцы.
Новый аквариум занял в квартире не намного больше места, чем занимал старый (который сейчас обсыхал в ванне). Он был заметно выше прежнего и на полтора десятка сантиметров шире. Сейчас он казался полупустым — об этом вслух сказала Иришка. Виктор Семёнович не ответил на слова дочери. Но он загадочно улыбнулся, хитро сощурил глаза и закусил загубник курительной трубки. Последствия смены аквариума мы ликвидировали быстро и дружно. Не дружила с нами сегодня вечером только Вера Петровна — она искоса посматривала на нас, сидя в кресле, недовольно поджимала губы.
— Ну, вот и всё, — выдохнул Виктор Семёнович.
Он уселся на диван между мной и Иришкой. Взглянул на новый аквариум, внутри которого метались ошарашенные простором рыбы.
Перевёл взгляд на жену и заявил:
— Верочка, ну ведь красиво же! Тебе нравится?
Вера Петровна всё же оторвала взгляд от экрана телевизора и посмотрела на новый аквариум.
— Нормально, — сквозь зубы процедила она.
Иришка и её отец просияли от радости.
Вечером я всё же отдал Виктору Семёновичу заполненные моими одноклассниками пригласительные открытки (только для мужчин). Сказал Лукину, что женщинам открытки я раздам сам. Иришкин отец кивнул и сообщил: ему уже рассказали о проводимом в нашей школе конкурсе на лучшего физрука. Я порадовался, что об этом конкурсе Лукин упомянул после того, как звякнул в прихожей звонок, и Иришка помчалась открывать дверь (о «конкурсе красоты» я ей пока не рассказал).
Иришка вернулась в гостиную — я отметил, что из её взгляда исчезла сонливость.
— Вася, — сказала она, — это к тебе.
— Кто? — поинтересовался я.
Иришка склонилась к моей голове (я сидел на диване), прошептала:
— Лидия Николаевна пришла. Наша класуха.
Некрасова не вошла в прихожую — я вышел к ней на лестничную площадку.
Вдохнул запах табачного дыма. Взглянул на будто бы воспалённые глаза Лидии Николаевны.
Прикрыл за своей спиной дверь.
— Добрый вечер, Лидия Николаевна, — сказал я. — Что случилось?
Некрасова подошла ко мне на расстояние вытянутой руки, запрокинула голову, впилась в моё лицо взглядом.
Я почувствовал запашок валерианы.
— Вася, скажи, — попросила Некрасова, — ты действительно знаешь, что Лёня жив?
Я вздохнул, пожал плечами.
— Лидия Николаевна, я не понимаю, о чём вы говорите.
Некрасова судорожно сглотнула, холодными кончиками пальцев прикоснулась к моему плечу.
— Васенька, ты только скажи: да или нет.
Я тихо ответил:
— Да.
Лидия Николаевна отдёрнула от меня руку, прижала ладонь к своей груди.
По её щекам потекли слёзы, но она улыбнулась.
— Я ведь чувствовала, — произнесла Некрасова. — Чувствовала…
— Лидия Николаевна, я вам ничего не…
Некрасова вскинула руку, прикрыла пальцами мои губы.
— Я помню, Вася, — сказала она. — Ты тут не при чём. Лёня мне приснился. Мне. Прошлой ночью. Живой. Он мне раньше часто снился. Я же не думала…
Лидия Николаевна убрала от моего лица руку. Шагнула ко мне. Привстала на цыпочки и поцеловала меня в щёку.
— Спасибо тебе, Вася, — шепнула Некрасова.
Чуть громче добавила:
— Деньги я тебе обязательно верну. Честное слово.
Она развернулась и поспешила к ступеням.
Я вернулся в квартиру — в прихожей у порога столкнулся с Иришкой.
— Вася, о каких деньгах она говорила? — спросила Лукина.
— Деньги дал ей в долг.
— Зачем?
— Догони её и сама об этом спроси, — предложил я, — если тебе это интересно.
Иришка обиженно надула губы.
Она не погналась за Лидией Николаевной.
В субботу вечером я взял у Иришкиного отца послевоенную карту города — карандашом пометил на ней адреса женщин, которым я намеревался доставить приглашения. Обнаружил, что пять приглашённых на концерт работниц тракторного завода жили недалеко друг от друга. Четыре других адреса находились тоже в одном районе. Эти девять адресов я и выбрал своими целями на воскресенье: прикинул, что запросто обойду их за один выходной.
