Эти письменные инструкции, как, впрочем, и все в банке, напоминало Густаду о покойном друге. Уж Диншу устроил бы в столовой День инструкции, изображая мистера Мейдона и обыгрывая волнующие ситуации, связанные с тем, как Лори Кутино в мини-юбке лезет под стол.
Теперь в столовой не бывало ни шуток, ни песен. Вместо этого люди беспрерывно говорили о войне, рассказывали ужасные истории о том, что происходит по ту сторону границы. Слухи, факты, вымыслы – все поглощалось с одинаковым энтузиазмом.
Говорили, будто развратный пьяница – вражеский президент – организует нескончаемые вакханалии, чтобы у его министров не оставалось свободного времени: он боялся, как бы они не свергли его, будь у них возможность прийти в себя. Сумасшедший сифилитик цеплялся за власть, приходя во все большее отчаяние по мере того, как сквозь пелену пьяного угара понимал, что упорный червь с удовольствием разъедает его мозг.
Рассказы о дьявольской оккупации Бангладеш по контрасту уравновешивались докладами об отваге и доблести индийской армии. По радио и в кинохронике повествовалось, как джаваны освобождают города и деревни, гонят врага и берут его в плен тысячами. Изо дня в день сообщалось о щедрой поддержке бойцов населением: одна восьмидесятилетняя крестьянка проделала долгий путь до самого Нью-Дели, зажав в руке два свадебных браслета, которые она преподнесла Матери Индии на военные нужды (некоторые газеты вместо «Матери Индии» писали «Матери Индире», хотя это на самом деле было не так уж важно – грань между этими двумя понятиями быстро стиралась усилиями дальновидных пропагандистов премьер-министра, которые понимали важность подобной трансформации для будущих выборов); какие-то школьники пожертвовали свои обеденные деньги, с вымытыми сияющими лицами они позировали кинооператору рядом с весьма упитанным представителем Партии конгресса; группа фермеров скандировала: «Джай джаван! Джай киссан»[317] и клялась работать еще усердней, чтобы вырастить больше продовольствия для страны.
Разумеется, в кинохронике никогда не упоминалось о старательных патрулях Шив Сены и разношерстных бандах фашистов, обшаривающих улицы с камнями наготове и в патриотическом порыве бьющих окна, если им кажется, что те плохо затемнены. Или о несчастных людях, которых по ошибке приняли за вражеских агентов или с наслаждением избили, воспользовавшись предлогом, их личные недоброжелатели. Или о многочисленных домах, разграбленных мужчинами, выдающими себя за уполномоченных по гражданской обороне, явившихся с проверкой. Словом, все усилия были направлены только на то, чтобы информировать страну о ее непобедимости, сплоченности и высокоморальном духе.
Дух этот был так высок, что, когда через шесть дней после начала войны США, откликнувшись на просьбу генерала Яхьи, направили свой Седьмой флот в Бенгальский залив, население было готово помериться силами даже с могущественными американцами. Атомный авианосец «Энтерпрайз» вышел из Тонкинского залива и повел Седьмой флот прямо через Малаккский пролив. Его славная миссия заключалась в том, чтобы запугать опустошенную циклоном, раздираемую войной провинцию и заставить подчиниться. Никого это особо не удивило, потому что всемогущая Америка любила делать своими друзьями военных диктаторов. Но по мере приближения флота имена Никсона и Киссинджера превращались в ругательства, и после их произнесения следовало харкнуть и сплюнуть. Неграмотные граждане не могли читать сообщения о последних злодействах, но они научились узнавать портреты злодеев по фотографиям в газетах: мрачный тип с крысиными глазками и очкарик с мордой страдающего запором быка.
Старик Бхимсен, банковский вахтер, принес Густаду и остальным сотрудникам свежие новости из трущоб. Он жил в небольшой
Советское предупреждение сработало. Американцы его не проигнорировали. Там, в Бенгальском заливе, при первом свете зари, когда в солнечных лучах начинала мерцать морская рябь и декабрьское небо становилось идеально розовым, они вспомнили все до единой свои всемирно известные, вечно сияющие добродетели и с патриотическими слезами на глазах снова зачехлили свои могущественные американские пушки и пулеметы.
