— Зря ты меня нашел.
— Ну, извини. Я забуду обо всем, что произошло…
— Шпион? — спрашивает детский голос.
— Да?
— Свободен.
Щелк.
Два часа спустя, ничего не сказав матери, Шпион ушел из дома. Назад он так и не вернулся.
«Как обычно, будем действовать строго по инструкции. Заработаем все, что нам причитается».
Вирус-предшественник + 1 год
Данный аудиодневник записан на портативный цифровой диктофон. Очевидно, Дуайт Боуи собирался отправить запись домой, жене. К несчастью, дневник она так и не получила. Если бы эта информация увидела свет раньше, она, возможно, спасла бы миллиарды людей.
Люси, солнышко, это Дуайт. С этой секунды я официально приступил к исполнению обязанностей бурового мастера — ну, то есть главной шишки — компании «Норт стар». И хочу устроить тебе экскурсию. Мы еще не организовали пункт связи, но когда все будет готово, я пришлю тебе запись. Может, придется немного подождать. И все равно, надеюсь, тебе понравится.
Сегодня первое ноября. Я на западе Аляски, на разведочной буровой площадке. Прибыл утром. Пару недель назад нас подрядила компания «Новус» — со мной связался какой-то мистер Блэк. Что? Ты хочешь знать, какого черта мы сюда приперлись?
Ну, Люси, раз ты так просишь… Наша задача — опустить зонд на дно скважины глубиной пять тысяч футов. Диаметр ствола — три фута, примерно столько же, сколько у канализационного люка. Нормальная такая дыра, но наше оборудование может бурить аж до десяти тысяч футов. Ничего сложного, если не брать в расчет лед, ветер и полную глухомань. В общем, Люси, мы бурим глубокую темную дыру посреди огромной ледяной пустыни. Ничего себе работенка, да?
Добирались мы на старом транспортном вертолете «сикорский», огромном, как дом, — и это оказалось совсем не сладко. Везли нас какие-то норвежцы, и никто из них не знал ни слова по-английски. Вот я, простой парень из Техаса, могу поговорить с филиппинцами по-испански или брякнуть что-нибудь на русском или немецком. Я даже понимаю канадцев из Альберты!
Вертолет подобрал меня и еще семнадцать человек на нашей базе в Дедхорс и доставил сюда. Ну, то есть едва доставил: такого сильного ветра я в жизни не видел — десять баллов, а то и больше, настоящий шторм. То есть сейчас я смотрю в иллюминатор и прикидываю, существует ли место, куда мы летим, а секунду спустя мы уже падаем вниз, словно на «русских горках», и приземляемся на этом плоском пятачке.
Только не подумай, что я хвастаюсь — но мы в самом деле забрались очень далеко, даже по меркам геолразведки. Здесь ничего нет. То есть совсем ничего. Я профессионал и понимаю, что удаленность — всего лишь еще один фактор, который делает нашу работу более сложной и, что уж там говорить, более прибыльной, но, если честно, у меня мурашки по коже бегают. Странно, что кому-то здесь понадобилась разведочная площадка.
Но я же старый бурильщик и работаю там, где платят, верно?
Люси, привет, это Дуайт. Третье ноября. Последние дни выдались довольно напряженными — мы занимались подготовкой к работе: очищали территорию, строили бытовки, столовую, медпункт, станцию связи и так далее. Но дело того стоило. Я наконец-то перебрался из палатки в нормальный домик. Кроме того, я только что из столовой — кормежка здесь
Мы пробудем здесь около месяца. Моя смена с шести утра до шести вечера, а сплю я в этом разборном домике. На самом деле наш домик — просто старый, слегка модернизированный грузовой контейнер оранжевого цвета — в те дни, когда он не покрыт снегом. Мы таскаем эту железяку по всей Арктической низменности. Парни называют домик «Отель «У черта на рогах»».
