Кандидатскую диссертацию я защитил весьма рано, неприлично рано по диспансеровским меркам. В те времена положено было защищаться в 45-47-48 лет. А я молодым пацаном, это был 1986 год, то есть мне было 28 лет, даже еще 27 лет, не исполнилось еще 28. Вышел на защиту кандидатской диссертации. Вообще должен был защищаться в 1985 году. Но, как водится, вмешались непредвиденные обстоятельства. Я поехал на 4-месячную учебу в Москву с портфелем, с готовой диссертацией. Защита должна была быть в октябре. Я бы спокойно без лишних глаз улетел в Томск, защитился и планировал вернуться домой с учебы уже кандидатом наук. Но, однако, в ученом совете, как часто бывает, забыли подать заявку на вторую специальность ВАК. Виноватым, естественно, оказался я. Пришлось переделывать первую страницу автореферата. По тем временам это были очень существенные хлопоты и деньги. Утверждать все это нужно было через Главлит, то есть через цензуру. Но, тем не менее, 26 февраля 1986 года я прибыл в город Томск. Вернее, прибыл я, конечно, раньше. Но защита была 26-го числа. Мало кто помнит, но в этот день открывался XXVI съезд КПСС, последний полномасштабный солидный съезд. Томск, напоминаю, был столицей антиалкогольной кампании Егора Кузьмича Лигачева. Спиртного не было вообще никакого. Первый разговор начал со мной ученый секретарь института, сказал, что даже слова «банкет» в лексиконе нет и быть не может, чтобы никто от меня этого слова, даже намека не слышал. Нет, так и нет. Меньше хлопот. Хотя как-то так необычно было. Тем не менее, приходит день защиты. Совет должен открыться в 10 утра. Но два введенных члена, доктора из Новосибирска, едут, по дороге случается поломка машины, тогда не было мобильных телефонов, они с какого-то попутного отделения связи (очень благодарен им за эту поездку) звонят, предупреждают. В итоге пока машина чинится, пока они едут, время идет, и заседание совета нужно открывать в 2 часа дня. Разница между Томском и Москвой 4 часа. Но в это же время в Москве открывается XXVI съезд КПСС. Есть абсолютно строгое указание обкома партии проводить в это время только мероприятия, связанные со съездом. Николай Владимирович Васильев, о котором я уже упоминал в этой книге, академик, председатель совета, идет со мной к себе в кабинет, набирает телефон первого, второго секретаря обкома. Первый на съезде. Говорит, вот так и так, у парня из Челябинска защита, вот такая произошла штука с введенными членами. Секретарь обкома говорит: «Ну что делать? Что делать? Город Томск научный, поэтому все понимают, что такое защита диссертации. Надо защищать. Это же дело производственное?» «Конечно, производственное». «Пусть от Челябинска начнет свое выступление со здравицы в адрес XXVI съезда». С чего я и начал. Потом удачно защитился. После защиты Николай Владимирович машет молча рукой, дает знаки мне и двум ребятам из Новосибирска: «Пошли». Спускаемся вниз в полуподвальное помещение в его лабораторию. Так же молча делается знак старшему лаборанту, который открывает сейф, извлекает бутыль темно-коричневого стекла со спиртом, отливает в другую лабораторную бутыль. Николай Владимирович извлеченным из кармашка халата стеклографом отмечает новый уровень спирта, жестом распоряжается закрыть сейф, ставится спирт в портфель, мы едем в гостиницу Томск, заказываем в номер горячий обед. Ребята холодные, голодные. После этого закрывается дверь, спирт смешивается в бокалах с газированной водой «Буратино» и этим божественным коктейлем мы отмечаем мою кандидатскую диссертацию. С этого момента я стал кандидатом наук.
Когда обед уже был в разгаре, даже перешел некий экватор, Николай Владимирович хлопает себя по колену и говорит: «Надо же, я обещал в обком партии позвонить, поделиться своими впечатлениями о докладе генерального». Набирает соответствующий номер, просит нас помолчать и не чокаться, не слушая ни одной минуты доклада Горбачева, хорошо поставленным голосом говорит: «Я как член Академии наук, как старовузовский работник глубоко тронут тем вниманием, уделенным генеральным секретарем в своей речи, о проблемах науки и высших школ…» и так далее по тексту. Вот такую школу я получил на заре своей научной карьеры!
Ученики
