Макс жил не то, чтобы не тужил, но хотя бы жил. Работал таксистом, закрывал кредиты. Но все пошло не так, и вот он уже не в своей тарелке, точнее машине, крутит баранку на просторах Вселенной. Это романтично, если бы не положение раба в бандитском синдикате. Придется как-то выкручиваться. С его везучестью это будет не просто.
Ночь выдалась хмурая и дождливая. Лобовое стекло заливало, а брызги воды, поднятые проезжающими мимо машинами, вообще делали видимость нулевой. В такую погоду, как говорят, хороший хозяин собаку из дома не выпустит. Но я сам себе хозяин, и, по-видимому, плохой, раз катаюсь по городу в это ненастье. Да что уж говорить, я таксист. Докатился, так сказать, до дна.
И не то, чтобы я был тупой или какой-то безродный — вовсе нет. И хорошее образование, и воспитание в нормальной семье были в наличии, но все не удавалось хорошо устроиться в жизни и вот закономерный итог: кручу баранку и вожу всяких запоздалых гуляк, припозднившихся в пятницу и возвращающихся домой в подпитии.
Эти мысли прервал новый вызов на смартфоне. Размышления о бренной жизни пришлось отбросить в сторону, и через две минуты я уже парковался у какого-то бара, откуда вывалился тучный мужик. Кряхтя, он влез в мой крохотный Киа, попутно проклиная тариф "эконом".
— Зато не дорого, — попытался я скрасить его горечь.
— Да я в жизни не ездил таким бомжатником, — обидно ответил мужик, бросая рядом с собой на заднее сидение сумку.
— Поехали поскорее, времени нет, дела ещё, — скомандовал он, и я рванул с места, быстро глянув по зеркалам.
Дорога была свободна и я ехал быстро, не отвлекаясь на болтовню. Мужик сзади издавал какие-то хрюкающие звуки, но я, глянув в зеркало заднего вида, решил, что он храпит во сне — обычный удел подпитых в моей машине. Смотреть на него долго желания не возникало, во-первых он козел, да и колеи на дороге, заполненные водой, тащили машину то влево, то вправо — только успевай подруливать. Напряжённый, я доехал до места назначения в каком-то дворе, и, остановившись, произнес:
— Приехали.
Мужик не отозвался. Я обернулся и повторил, но он опять не проявил никаких эмоций.
Я дотянулся до него и потрогал пульс на шее. Пульса не было.
— Мужик, ты чё, сдох? — я переполошился, вылез под дождь и уже тряс его, открыв заднюю дверь. Попробовал даже делать непрямой массаж сердца и, накрыв его рот какой-то тряпкой, попытался сделать искусственное дыхание. Результатом было только то, что я промок и стоял под дождем, отплевываясь от привкуса машинного масла с тряпки и какого-то нехорошего чувства, когда ртом прикасаешься к губам мужика, пусть и через ветошь.
— Тьфу ты, — сплюнул я ещё раз как следует, вытер рот рукой и закурил, — скорая тебе уже вряд ли поможет. Что делать то?
В моем мозгу пронеслись картинки приезда полиции, допроса, объяснений, и уж точно сорванной смены, а деньги были нужны как никогда — утром надо было платить по кредиту.
Я, честно говоря, не особо переживал, что меня будут в чем-то подозревать, хотя это тоже не исключено, к таксистам народ относится с предубеждением. Бросить его тут что ли? Но я всё-таки не подлец, так что решил действовать более-менее законно, чтобы совесть не мучила. Рядом была лавка, на которую я и оттащил мужика. Он был тяжёлый как два мешка цемента, но и я давно не хрупкий отрок, так что кое-как дотащил. Хорошо, что сегодня льет как из ведра, и темно хоть глаз выколи — никто не видит, и камер тут нет, насколько я могу судить.
Я начал шарить у мужика в карманах и нашел всякую всячину, в том числе и телефон. Он-то мне и нужен. Я вызвал по нему "скорую", сообщив, что мужик лежит на лавке и, кажется, не дышит, чтобы приезжали скорее. Ничего ценного в карманах не было, какие-то брелки, ключи, пластиковые карточки, в общем, барахло. Я хотел все это положить обратно, но тут во двор кто-то въехал, и выглядело бы как будто я шарюсь в его карманах. Я постоял немного в нерешительности, сел за руль и уехал, пока машина не подъехала близко и водитель не разглядел мои номера. Так себе, конечно, защита, учитывая навигатор и трекеры на машине, но я не сильно переживал, что будут искать таксиста — зачем я им сдался. Всегда ведь можно сказать, что просто довез пассажира и высадил, а что было дальше — не мое дело.
Уже на проспекте я вдруг вспомнил, что сумка осталась в машине. Черную сумку было плохо видно ночью на сиденье, и во всей этой суматохе я про нее попросту забыл.
— Черт. Теперь я ещё и вор, — сам себе сказал я.
Но возвращаться было тоже не с руки, наверняка скорая уже на месте, а может, и полиция. Не то, чтобы они были такими быстрыми, но уже ночь, дороги свободны. Рисковать не стоило.
Я остановился, съехав с дороги в какие-то гаражи, чтобы обдумать, как быть дальше. Конечно, лучше всего избавиться от этого барахла, и дело с концом.
Но меня подвело обычное человеческое любопытство, которое погубило, как говорят, кошку. Ну а кто бы на моем месте не заглянул в то, что хочет выбросить? Думаю, таких бы нашлось мало.
В сумке обнаружились какие-то тряпки, под которыми лежало несколько пачек денег, паспорта, опять какие-то пластиковые карты и планшет. На дне сумки моя рука наткнулась на холодную сталь, и я уже на ощупь понял, что это какой-то ствол. Убедившись, что вокруг никого нет, я его вытащил и стал пристально рассматривать.