Тактик.3 полностью

Пламя моего костра, ещё секунду назад весело плясавшее, дрогнуло, сжалось, почти погасло, превратившись в жалкий синеватый огонёк, цепляющийся за обугленные дрова. Варранга тревожно всхрапнула в стороне и забила копытом.

Я не вскочил, не схватился за меч, хотя положил руку на гномий нож скрытого ношения, который был частью моего ежедневного снаряжения. Инстинкты, отточенные до блеска, сработали раньше сознания. Тело напряглось, как сжатая пружина. Рука жила своей жизнью.

Взгляд метнулся в ту сторону, откуда исходила угроза, в густые тени между деревьями.

Тьма там сгустилась, стала плотной, материальной. И из этой тьмы бесшумно, как призрак, выступила фигура. Высокая, облачённая в простой тёмный плащ с глубоким капюшоном, скрывавшим лицо. Она не шла, она плыла над землёй, не издав ни единого звука, не примяв ни единой травинки.

Я молчал, детально оценивая противника. Маг? Убийца? Нечто похуже? Судя по ауре холода и абсолютной бесшумности, вариант «похуже» был наиболее вероятным.

Фигура остановилась в нескольких шагах от костра. Я ждал.

«Ростислав».

Голос прозвучал не в ушах. Он возник прямо в моей голове. Женский, мелодичный, но холодный, как лёд горных вершин. И до боли знакомый. Я слышал его однажды в катакомбах Ущелья Двойной Луны.

Аная или Анае. Хранительница чего-то там и местная богиня. Или ещё какая-то сущность, которая до сих пор предпочитала оставаться за кадром.

— Аная? — произнес я вслух, мой голос прозвучал хрипло и чужеродно в наступившей тишине. Я намеренно не использовал мысленную связь, обозначая границы.

Я сохранял внешнее спокойствие, хотя сердце колотилось, как боевые молоты гномов.

Богиня даже по ощущениям была существом на порядки сильнее всего, с чем я сталкивался ранее. Сильнее орков, троллей, ощущение было даже сильнее, чем при божественном баффе, который я ощутил в бою с королём Гхырром.

Это была сила иного уровня, первозданная, как сам этот мир.

— Весьма польщён, Ваша божественность, — сказал я нейтральным тоном. — Чем обязан?

Богиня уселась у костра. При его свете было видно, что вместо головы и лица у неё сгусток тьмы.

«Ты не очень-то вежлив, Ростислав?» — в её мысленном голосе проскользнуло что-то похожее на удивление. Она явно ожидала другой реакции. Благоговения, страха, может быть, даже молитвы. А получила только толику земного сарказма.

— Нейтрален. Уважителен, но без подобострастия. В конце концов, я не чрезмерно религиозный, но я христианин…

Аная приподняла руку, отчего мне стало на секунду жутковато, такой силой от неё веяло: «Твой намёк понятен, я не твой бог, так же, как и Дикаис не был твоим богом, предметом твоего поклонения».

— Да, — кивнул я. — При всём уважении…

Аная, как ни в чём не бывало, продолжила мысль: «С другой стороны, Дикаису ты помог. У него была проблема с тем, что его народ беспардонно вытесняли адепты другого бога. И ты, не будучи его адептом, ему помог».

Я пожал плечами. С одной стороны, это всё-таки было между мной и тем забытым своей паствой божеством с кувалдометром, и я не горел желанием это обсуждать. А с другой, с некоторой претензией высказанное ей было правдой.

— Он вежливо попросил, — осторожно ответил я, — а я помог. Не поклонялся, а разговаривал.

«Может быть, так оно и лучше. Ты нас, богов, почему-то не боишься, зато вместо тысячи поклонов и лобызаний, которые мы получаем вместо реальных дел, ты просто действуешь. Как если бы тебя попросил о чём-то крестьянин, купец или король… Просто заказчик».

— Стоп! — перебил я её. — О чём вообще речь, уважаемая Аная? Кстати, могу ли я обращаться на «ты»?

Тьма под капюшоном кивнула: «Со мной можешь, хотя многие из моих братьев и сестёр за такое превратят тебя в таракана».

— Учту. Так вот, слово «заказчик» для тех, кто нанимается на службу, выполняет работы для подрядчика. А я сейчас занят и хочу попасть в свой… как там его… домен Пинаэрри.

«Пфффф… Если тебе это нужно, чтобы продолжить разговор…» — произнесла она, и в её голосе прозвучал металл.

Богиня подняла руку. Я увидел тонкие, изящные пальцы, бледные, как будто выточенные из лунного камня.

И щёлкнула пальцами.

В этот момент мир вокруг меня взорвался.