Таламус (СИ) полностью

— Ладно — два! Два серебряных пальца!

И Реншо покраснел, важно раздуваясь в щеках.

Тут снова послышались сарказм и ехидство из зала.

— Так и быть! Дам еще ужин за счет заведения! Угощаю, не жаль!

— Видишь? Цени! — Реншо явно играл на местную публику, заодно зазывая новых клиентов. — И ты приходишь через два дня, только так!

— Тоже мне, Гамлет пещерного бара! — оценил хитрость бармена внутренний голос.

— В это же время, — согласился я с хряком Реншо и кивнул в подтверждение.

Вдруг какой-то мужичок, на радостях, сразу же хлопнул меня по спине. Я так и не понял, кто это был: то ли его понятой подтвердил нашу сделку, то ли просто резвился местный алкаш.

Ладно. Все равно приду сюда денег добыть, так что на первый раз прощу того типа.

— Садись с нами! Других мест уже нет! Вон за тот стол, видишь? — бармен указал своей пухлой лапищей на дальнее окошко, у самого уголка, рядом с лестницей, где в уютном теньке стоял маленький столик, за которым сидела тройка человек. — А ужин тебе сейчас притащат. Лира, ужин Соловью! — прогремел он. И рассмеялся от души в очередной раз. — Да понажористее стряпню притащи! — проорал он вслед убегающей девушке.

— Уже бегу, — откликнулась с другого конца комнаты смуглая брюнетка лет двадцати с симпатичной копной волос в виде бублика на голове. Она быстро оценивающе глянула на меня, улыбнулась пухлыми губками и побежала дальше, скрываясь в подвале харчевни, откуда исходил острый с кислинкой аромат шкварчащего мяса —тут явно готовятся блюда люкс-разряда!

Мой желудок уже предвкушал что-нибудь вкусное, да и чем запить тоже явно не помешает. Только от одной этой мысли у меня аж слюни потекли к обувке.

Да… совсем я одичал на природе. Однозначно надо перекусить и пообщаться с людьми.

— Похоже, пришло время наводить мосты, — прозвучал внутренний голос.

А что? Может, чего полезного выведаю! И я плюхнулся на милостиво подставленный специально для меня стул.

За столом сидели две красивых фемины под тридцать лет и веселого вида тамада-паренек, и все разом заинтересованно буравили меня любопытными взглядами.

— Рим! — протянул руку пьяный в хлам парень

— Джигурда, ты ли это?! — екнуло подсознание от знакомой рожи туземца.

— А это Рита и Руса! — познакомил с дамами нас «тамада».

— Мы и сами можем представиться, — в один голос делано возмутились девушки и затем представились по очереди, игриво так улыбнувшись и откровенно глядя мне в глаза. Явно сестры, подумал я. Одна капля кристально похожа на другую.

— Влэд! Будем знакомы, милые дамы и их кавалер, — улыбнулся я рыжей «клюшке» с шиповником на голове и ее сестрице-близнецу, отдаленно похожей на Софи Лорен.

— Ну вот еще! Сейчас! — сразу же по очереди наигранно фыркнули обе фемины.

И затем дежурно вытянули приветливые лица, недовольно посматривая на бедного паренька, а Рим покатился со смеху на своем стуле.

— А ты неплохо на своей дудке дудишь! — выдал, наверное, самую поэтичную фразу в своей жизни этот оратор Рим. — Как это у тебя так выходит? А?

— Да, — сказала Рита. — А где она, кстати?

— А откуда к нам прилетел, Соловей? — добавила Руса.

— Так, по очереди. Я не успеваю общаться со всеми сразу, — рассмеялся я и положил гармонику на стол. — Вот она, дудка!

И я загадочно улыбнулся.

— Но лучше не трогать. Она заколдована, — пошутил я.

— Ого! В первый раз вижу, — Рим сразу же отдернул руку. — Так вот почему ты так лихо заливаешь мелодии!

— Если скажу нет, ты все равно не поверишь, но мы можем поспорить на еще один ужин. Или же серебрушку. Выбирай сам. Я не жадный.

— Ага, сейчас! Верю! Ты и так уже неплохо разбогател, как я погляжу.

— Да там всего ничего. Одна монетка.

— А я видел — две, — хитро прищурился этот глазастый хорек.

— Скупердяй, жадина! — засмеялись и начали подкалывать меня хитрые близняшки.

— И откуда ты взялся, Соловей? Или же скупердяй?

Совсем фемина расслабилась. Вроде это была Руса.

— А ты знала, Руса, — сказал я, неотрывно глядя ей в глаза, — что на самом деле соловьи бывают разные? Бывают и скупердяи. Но это уж точно не про меня. Хочешь, даже поспорим. На одно желание!

И я демонстративно подбросил монетку, при этом поочередно посмотрев на ее сексуально аппетитные, гордо выделяющиеся в нужных местах формы жарким и оценивающим взглядом. Я прожигал ее насквозь, словно рентгеном, вынуждая Русу стушеваться и раскраснеться алым смущенным румянцем.

Тут прибежала Лира и принесла мне горячее мясо с подливкой и тушеными овощами, от которых шел безумно аппетитный аромат. Я поклонился в знак благодарности этой заботливой хозяюшке, а затем и остальным собеседникам.