* Скольжение – магический навык рывка с ускорением и скольжением по поверхности земли.
* Импульсный щит – самый простейший щит из стихийных частиц.
* Пламенная пушка – заклинание непрерывного потока пламени второй ступени.
* Фаербол – заклинание убойной магической силы в виде взрывного Шара Огня.
Шаг 21
Очнулся я в лазарете, спустя сорок часов — как я узнал в последствии. Солнце сильно слепило в глаза, и бил неслабый озноб во всем теле. Однако спасало непонятное тепло, приносившее хоть какое-то, но облегчение. Рядом сидела Сана и тихо сопела сквозь сон в мою сторону. Ее ладонь лежала поверх моей левой ладони, и дарила то самое тепло еще какое-то время.
— Очнулся наконец! – Сана открыла глаза, как только я шевельнулся ладонью. — Слава Богам! Как ты себя чувствуешь?
— Сана, это ты? – решил притвориться проснувшимся только что. — Что случилось со мной? И как давно я здесь? Это не сон? Почему ты тут, Сана?
— Ну ты и фрукт, Влэд! Сперва молчал почти что два дня, а теперь не замолкаешь. Я же тебе говорила, что это плохая идея, нужно быть полным дураком, чтобы связаться со Стражем.
— Как он? С ним все в порядке?
Она посмотрела удивленно на меня.
— Тебе за себя переживать надо.
Я вопросительно глянул ей в глаза.
— Ему там же надели
— Хорошо.
— А вот тебе сильно не повезло, очень.
— Почему?
— Амулет не смог тебя прощупать, да и никто не смог, ты слишком закрыт, даже
— Даже так?
— И нам аж пришлось достать исцеляющую саламандру, в Школе ей не пользовались с давних времен, и теперь из-за редкости она очень дорого стоит, так что теперь ты должен Школе вдобавок еще… тридцать серебряных пальцев.
Я кивнул.
— Ну все же — какая у тебя сильная внутренняя защита, — удивленно сказала она.
— Не понял.
— Два дня я распределяла уровень маны саламандры и тут же прощупывала тебя… Кхм… энергетически, — она запнулась и покраснела.
— А что не так-то?
Я сделал жест рука-лицо. От женской реакции. А когда она справилась с нервами, я еле заметно кивнул.
— А то, что входной канал энергии у тебя закрыт, словно черный обсидиан, и не пускает никого и ничто. Даже преподаватели отступили. Это очень редкий случай, — она развела руками. — А еще, говоря об
Я достал из-под одеяла клешню и поднес к глазам против солнца.
Внутри, между сухожилиями, прямо посередине ладони торчало черное пятно, выходя маленькой круглой блямбой чуть ближе к основаниям пальцев.
— Это что за хрень? Ой, прости!
От нее послышалось тихое «хи-хи».
— Похоже, магический
— Как это? Сана, почему это случилось?
— Такое бывает, правда крайне редко, Влэд. Когда сила камня высвобождается на максимум, то после этого он разрушается с чудовищной мощью… Обычно людям отрывает конечности. Но иногда, очень редко, вместо взрыва камень перерождается, если человек с ним полностью совместим. И похоже, твоя закрытость и сыграла роль первопричины! Ведь
— И как мне его вытащить?
— А никак! Можешь отрубить себе кисть, но сомневаюсь, что даже тогда это поможет! По крайней мере так пишут в книгах, — она радостно показала мне рисунок в красном томе и приложенный к иллюстрации текст.
Я посмотрел на этот древний «комикс» в ее руках и заметил ее восхищенный взгляд в сторону моей пятерни и иллюстрации в книге. На той иллюстрации был изображен камень, что прорастал из отрубленной конечности, словно уродливый, кристаллический протез из руки.
Мамочки мои!
— И что же мне делать?
— Привыкай к нему! Постепенно.
Гениально! Сана — ты Капитан Очевидность!
— В книгах пишут, что барон Саром мог использовать
Я попытался встать и решил пройтись по комнате открыть окна и подышать, но голова, край как закружилась. Хотя я все же удержал равновесие и сел на окно, словно подранная вялая курица на жердочку.
Посмотрел на девушку, которая все время сидела рядом со мной, целых два дня. И поедала своим любопытством.
— Спасибо тебе, Сана, огромное! Я тебе благодарен за то, что ты заботилась о мне, незнакомом человеке! И даже больше! Я просто не знаю, как тебя отблагодарить!
Девушка явно засмущалась.
— Да ладно! Все нормально, Влэд! Просто только я могла помочь тебе, так как я тоже Хранитель. Хотя ты и дурак, что связался со Стражем, но все-таки смог выжить, тебе сильно повезло.
— Значит, везучий дурак! А? — И мы оба рассмеялись. — Ты извини, что я в таком виде.
Я был по пояс раздет. И мы оба покраснели.