— Начнем со светлых вин. Поговорим о токайских. Да не тех, что стоят на полках по шестьдесят рублей бутылка, а о настоящих токайских винах. Вот, например, «Шато Хенье Токай», его производят из винограда сортов Фурминт и Харшлевелю, пораженных благородной плесенью botrytis. Ягоды сначала превращают в изюм, а потом не менее трех лет молодой токай проводит в дубовых бочках. Это изысканное вино искристого золотого цвета с достаточно сложным букетом ароматов с нотками меда, кураги, засахаренных фруктов, акации. Оно полнотело, маслянисто и отличается долгим изысканным послевкусием. Если вас интересуют гастрономические сочетания, то он великолепно сочетается с фуа-гра, фруктовыми десертами, сладкими блинчиками, мягкими сливочными сырами, голубыми сырами.
Аля перевела дух, а Осипов почувствовал, как его рот наполняется слюной.
«Не такая уж она и толстая», — неожиданно подумал он.
— А вот Токай Харшлевелю отличается от предыдущего вина тем, что у него процесс ферментации протекает в чанах из нержавеющей стали и только последующая выдержка проходит в бочках из французского дуба. Это вино светло-соломенного цвета и очаровывает нас нежным букетом ароматов с нотками цитрусовых и все той же акации, отличается превосходно сбалансированным вкусом свежих персиков, крыжовника. Оно великолепно в качестве аперитива, а так же послужит хорошим дополнением к блюдам из рыбы под соусом, к голубым сырам, шоколадным десертам.
— Насчет токайских вин понятно, — Остапов вновь сглотнул слюну. — Кстати, не желаете выпить?
Он по-хозяйски подошел к барному столику.
— Что вы?! Я же на работе. Кстати, и вам бы не советовала, — сказала Алевтина строгим голосом. — Вы же не сможете сосредоточиться на вкусовых качествах вин, про которые я рассказываю, так как во рту будет другой букет. Хотя… что вы пьете?
И она, словно заправский алкоголик стала рассматривать бутылки, зачем-то вытаскивать из них пробки, нюхать их, рассматривать, смочены ли они вином… одним словом — суетиться.
Степан налил себе в фужер красного сухого вина.
— О, Шато Фелан Сегюр, Франция, 2001 год! Замечательно, прекрасный выбор. Оно обладает абсолютно шелковым вкусом.
Аля забрала из рук Степана фужер и понюхала вино, предварительно выдохнув. Затем она покрутила бокал, держа его за ножку, опустила в фужер нос и снова вдохнула аромат.
Степан как завороженный наблюдал за ее манипуляциями. Аля тем временем набрала немного вина в рот, пожевала его, покрутила жидкость во рту. В довершении, не разжимая зубов, слегка приоткрыла губы и втянула немного воздуха. Потом начала оглядываться, махать руками, показывать на рот, на мусорник, на тарелки, заметалась, и… проглотила вино.
Остапов хмыкнул и налил себе в другой фужер.
— Вы что же не понимаете — мне нужна была плевательница, чтобы вылить вино! — возмутилась Алевтина.
Степан отхлебнул напиток и качнул головой:
— Ну, чудачка, предлагает алкоголь, а сама не пьет. Мол, пейте сами свою гадость.
— Да вы что? Просто я дегустировала, а по правилам дегустации вино надо было выплюнуть.
— Но выпить же лучше, — улыбнулся Остапов.
— Лучше, — согласилась Аля. — Только нельзя. Представляете, как можно наклюкаться, не говоря уже о том, что это непрофессионально.
— Да бросьте вы, выпейте немного, сами же сказали, что выпить лучше.
«А он не такой уж и противный», — подумала Аля и глотнула вина.
Через час, когда они заканчивали вторую бутылку, Остапов знал об Алевтине все. А девушка не могла понять, что с ней происходит. Чего ради она выбалтывает ему свои маленькие секреты, например, о своем желании стать сомелье. Ну, или дегустатором, на худой конец. И почему она пьет? Она ведь на работе, а дядек видела и покруче этого. Что ж это ее так разобрало?! В конце концов, Алька решила расслабиться и ни о чем не думать.
Степан откровенно веселился, выпивая с нелепой Веревкиной. Всю его скуку как рукой сняло. Он хохотал, закинув голову, веселился, как мальчишка, разглядывал кольца на ногах, которые ему доверчиво показывала Алевтина, и со вкусом пил вино.
Через пару часов в кабинет с каменным лицом вошла Марго. Она, как практически все секретарши на свете, была тайно влюблена в своего босса. Выносить его постоянные увлечения молодыми породистыми красотками — это еще куда ни шло… Но терпеть его веселье с этой жуткой бегемотихой в рабочее время она не собиралась.
— Степан Аркадьевич, — еле сдерживая слезы, пролепетала Маргарита, — будут какие-нибудь распоряжения?
Мерзопакостная девица уставилась на нее пьяными глазами, повернулась всем корпусом к Остапову и спросила заплетающимся языком:
— Будешь раз… распоряжаться?
