Но это не обморок, Талискер оказался в Ничто… хотя каким образом? Не умирает же он? Всего лишь споткнулся и упал, пустяк. И Малки тут явно ни при чем.
Дункан огляделся. Похоже, он никогда не был в этой части Ничто. Здесь тепло и в то же время очень жутко, словно пустота высасывает волю к жизни. Кроме того, кто-то или что-то наблюдало за ним…
— Эй, кто здесь?
С диким грохотом в двух шагах от него возникает огромная расселина, оттуда бьет ослепительный белый свет. Лучи тянутся вверх, яркие, как серебро, и невозможно увидеть, что скрыто за их сиянием. С другой стороны бездны раздается голос:
— Талискер. Наконец-то я привлек твое внимание.
Дункан прищуривается, пытаясь все же разглядеть сквозь слепящий свет, чей презрительный голос отдается эхом от невидимых стен.
— Я в Ничто? Что тебе нужно?
Прорисовывается неясный силуэт. Неизвестный стоит, небрежно прислонившись к чему-то большому и черному.
— Ты знаешь, почему ты способен оказываться здесь, верно?
— Ну, я…
— Твоя душа разделена между мирами. И, к большому моему сожалению, тебя довольно трудно убить.
— Кто ты?
— В самом деле! — Существо презрительно смеется. — Даю тебе повод задуматься. Вот, скажем, убийства.
— Убийства? — Талискер делает шаг вперед. — Ты знаешь, кто их совершил?
— О да. — Еще один смешок. — И они будут продолжаться, Талискер, пока ты не сделаешь кое-что.
— Что, например? Я не виноват!
— Ну, и да, и нет. Видишь ли, я хочу, чтобы ты оставался в своем городе… Случалось слышать о личных демонах? В твоем случае он вообще сделан на заказ.
Свет вспыхивает ярче, поднимается волна жара. Скоро станет невозможно стоять. Прямо на глазах у Талискера силуэт начинает меняться, расти, В серебряном свете видно, как появляются перья.
— Я не понимаю…
Огромный ворон раскрыл крылья, готовясь улетать.
— Каждую ночь, Талискер. Он будет убивать каждую ночь. Пока не прикончит тебя.
Крылья птицы поднимают чудовищный ветер, и даже серебряный свет слегка меркнет. Обжигающая волна жара и света накатывает на Талискера, и он закрывает лицо руками.
— Это нечестно!..
— Нечестно? — Злобный смех превращается в крик… крик ворона…
Талискер сел. Все это время он лежал на снегу, и свежие хлопья падали на спину и ноги. Из носа текла кровь. Видимо, путешествие в Ничто заняло всего несколько минут, раз она все еще не остановилась.
Дункан поднялся, стуча зубами от холода. Нужно идти, иначе ему конец. Теперь невозможно понять, преследует его Чаплин или вернулся в участок, чтобы получить подкрепление и передохнуть.
Талискер вернулся мыслями к увиденному в пустоте. Увы, приходилось признать, что не силами Мирранон оказался он там и что Корвус, хоть и скован богами, способен дотянуться до его мира. Дункан стоял в запорошенном снегом лесу, охваченный страхом и яростью. В Сутре в битве погибли тысячи бойцов, но то была не его вина; здесь, в Эдинбурге, в смертях действительно виноват он. Молодых женщин убивала тварь, посланная ему как предупреждение. Теперь все ясно.
— Корвус, — пробормотал Дункан.
И побрел по лесу, чувствуя, как тело постепенно разогревается.
