Корвус тяжело вздыхает — так вздыхают, устав вразумлять ребенка-несмышленыша.
— Всего лишь последний штрих. Хотел заставить тебя понять… Впрочем, достаточно, я возвращаюсь в Сутру, и на сей раз мне ничто не помешает. Смею сказать, что мы больше не встретимся.
Ворон встопорщивает перья.
— Не надейся, — отвечает Талискер. — Я иду за тобой.
— И как ты собираешься сделать это, глупей? — В голосе слышится ярость, глаза вспыхивают. — Ты не можешь вернуться. Ты взаперти.
— Я могу вернуться в Сутру в любой момент, стоит моей жизни оказаться в опасности.
— Но как ты…
— Вот так, — бросает Талискер. Подняв левую руку, он поворачивает ее ладонью вверх. Вспыхивает бритва, и струи теплой крови стекают вниз.
— Нет. Ты не посмеешь… — Ворон раскрывает клюв, показывая острый язычок.
— Смотри.
— Твой план не удастся. — В голосе звучит отчаяние — Корвус привык побеждать. — Я так понимаю, что ты можешь прийти в мой мир с помощью камешка Мирранон, который хранит твой друг. Но его здесь нет, верно? Твоя смерть будет означать конец. — Он с удивлением смотрит на Дункана. — Неужели стоит умереть, пытаясь добраться до меня?
— Ты сам добился этого, Корвус. Я приду за тобой. Забавно, правда? Раньше мне было не слишком-то много дела до тебя, но теперь… — Талискер неприятно ухмыляется. — Теперь у меня личные счеты.
Не дожидаясь ответа Корвуса, он делает еще несколько порезов на руке, вскрывая вены. Сжав зубы и почти теряя сознание от боли, ложится на бок и подтягивает колени к груди, стараясь терпеть.
— Нет! — кричит Корвус. Но он бессилен что-либо изменить.
Талискер осознает свое присутствие и в Ничто, и в камере. Видит стены, облицованные плиткой, и струи крови — они текут на кровать и почти мгновенно свертываются на холодном полу.
— Он не придет, Талискер. Твой маленький друг не придет. — Голос Корвуса везде и нигде, а боль остается с ним и в камере, и в пустоте.
Талискер открывает глаза,
— Малки, — зовет он хриплым шепотом. — Ну давай же, Малки…
Корвус торжествует, бог зла снова полон уверенности в победе.
— Ты довольно храбр для смертного… И крови у тебя немало…
— Что здесь происходит? — раздается голос с шотландским акцентом, и в ногах кровати, на которой простерся умирающий Талискер, появляется Малки. — Что ты наделал, Дункан? Господи ты Боже мой…
Его потомок быстро теряет сознание.
— Скорее, Малки…
— Нет! — яростно завопил Корвус.
