Прошел всего лишь час. Небо пылало алым восходом. Чаплин сидел на корточках возле одеял с усталым, но торжествующим видом.
— Сандро? Что такое?
— Я понял! Понял, чего мне не хватает!
— Помедленнее, пожалуйста. Начни сначала, если не трудно.
— Хорошо. Вчера ты говорила, что в детстве вы все учили наизусть их имена, а я ответил, что имена тоже знаю, хотя многое скрыто от меня. Не зря Мориас сказал, что ты ключ к разгадке. Ты располагаешь знаниями об этих героях, которые помогут нам призвать их. Ясно?
— Да, — тихонько отозвалась она.
— Ну, я же сеаннах, верно? Только не по своему выбору, и слова, приходящие ко мне, живут своей жизнью. Я лишь направляю их. — Он обнимал девушку за плечи, глядя на нее сияющим взором. — И ты должна вложить их мне в уста.
Макпьялута проснулся и подошел к каменному кругу. Ни Чаплин, ни Улла не заметили его появления, ибо поступь принца была легка. Он внимательно и с тревогой слушал их разговор. Ветер играл серебром его волос.
— Леди Улла, я думаю, что сеаннах говорит об «Ур Сиол», Родословной феинов.
— К чему мне урок истории? — нахмурился Чаплин. — О чем ты, Макпьялута?
— Сандро, ты не понимаешь. Принц прав. Должно быть, тебе нужна именно она. Родословную никогда не записывали, но все дети королевской крови учат ее наизусть еще в ранней юности. Это длинная поэма, или сага, которая звучит ровно два часа. Она описывает историю феинов со дня их сотворения до настоящего времени. Только с точностью до наоборот — она заканчивается сотворением пяти танов старшими богами. Сеаннахи редко ее рассказывают, ибо малейшая ошибка карается смертью. Рассказывать «Ур Сиол» — великий подвиг, если ты не королевской крови.
— Но здесь только ты и Макпьялута. Думаю, вы не станете рубить меня мечом из-за одной маленькой ошибки, — пошутил Чаплин.
— Нет, — согласился принц. — Не станем. Но нам и не понадобится.
— А что, — слегка побледнел Алессандро, — меня поразит молния?
— Быть может, — совершенно серьезно ответил Макпьялута. — Впрочем, я никогда такого не видел.
— Это суеве…
— А я видела, — перебила его Улла. — И не хотела бы увидеть вновь.
Воцарилось молчание.
— Что ж, — наконец выговорил Чаплин, — не будем терять время. Приступим. Думаю, лучшего учителя мне не найти.
— Да, у нас есть весь день, Сандро, — вздохнула Улла. — «Ур Сиол» должна быть закончена ровно в полночь.
— Если я закончу раньше, то тоже умру?
Она вроде бы и улыбнулась, но в ее глазах светилась тревога.
— Да.
На озеро Свет Небес надвигалась буря. Дольмены Фер Криг на фоне темного неба казались силуэтами великанов. В центре круга стоял Чаплин, набираясь сил, чтобы рассказать «Ур Сиол». Между камнями горели светильники, которые Макпьялута делал целый день. Они пылали, невзирая на ветер, и их пламя окрашивало небо в тревожный багровый цвет.
Улла с Чаплином целый день репетировали. Теперь девушка заняла место между камнями Конниера и Мауры, чтобы укрыться от порывов ветра, и готовилась подать сеаннаху знак. Макпьялута принял облик орла и сидел между Кентигерном и Маурой, топорща перья. В его глазах отражались светильники.
В голове у Чаплина царил полный хаос, и одна строчка поэмы никак не припоминалась. Стараясь не поддаваться панике, он пошел к Улле.
— Не двигайся! — крикнула она. — Почти время.
— Нам мешают, — крикнул он в ответ. — Может, внять предупреждению?
— Оставайся на месте, сеаннах.
Неожиданно ветер ворвался в каменный круг. Невидимые руки вытолкнули Чаплина на середину. Он споткнулся и упал на траву. Ветер не давал ему подняться.
— Нет! — закричал он. — Меня выслушают!
В его голове всплыли слова. Не «Ур Сиол», но не менее древние и могучие, на языке, известном только сеаннахам и бардам, непонятные ему самому. Повинуясь инстинкту, он произнес их вслух — губы сами формировали незнакомые слоги.
Ветер отступил за круг камней, и Чаплин вскочил на ноги, обнажая меч. Теперь к нему подползали ледяные пальцы тумана, и меч стал таким холодным, что он выронил его со вскриком.
— Боги, — прошептала девушка. — Это так…
— Улла? — Она исчезла за завесой тумана.
— Сандро, время пришло. — Голос доносился сквозь белесый полог, и он по-прежнему не видел ее. — Время, Сандро! Ты меня слышишь? Начинай!
Неожиданно Чаплина наполнила сила, пришедшая, видно, из земли, словно он и в самом деле стал голосом Сутры. Алессандро Чаплин, избранный сеаннахом, откинул голову назад и принялся читать «Ур Сиол».
Ему показалось, что время замерло. Сознание плыло, он словно переместился в мир богов и духов, куда ни один смертный не может ступить, надеясь вернуться. И все же губы произносили слова, которым его научила Улла, и каждый звук, каждое слово обретали силу, уносясь в небо.
