Талисман полностью

Ричард уже мертв. Мой сын мертв. Должен умереть. Он пережил Проклятые земли – едва, – но «Эджинкорт» ему никогда не пережить. Он мертв. На этот счет незачем тешить себя ложными надеждами. Джек Сойер убил его, и за это я вырву глаза из его гребаной головы.

– Но я тоже убил его, – прошептал Морган, на мгновение остановившись.

Внезапно он подумал о своем отце.

Гордоне Слоуте, суровом лютеранском священнике из Огайо. Все детство Морган мечтал о том, чтобы удрать от этого жесткого и пугающего человека. Наконец он сумел вырваться в Йель. В старших классах Морган поставил перед собой цель поступить туда, подсознательно понимая, что его грубый, живущий в сельской глубинке отец никогда не решится приехать в Йель. Если отец попытается ступить в кампус Йеля, с ним что-то случится. Старшеклассник Морган Слоут не мог сказать, что именно… но чувствовал, что отцу не поздоровится по-крупному, как не поздоровилось Злой ведьме, когда Дороти окатила ее водой. Интуиция Моргана не подвела: его отец ни разу не появился в кампусе Йеля. С первого дня пребывания там влияние отца начало таять. Только ради этого стоило рвать жилы в школе.

Но теперь, когда он стоял, сжав кулаки и впившись ногтями в ладони, его отец подал голос: Зачем человеку власть над целым миром, если при этом он теряет собственного сына?

На мгновение влажный запах старых газет – запах пустого мотеля, запах умирающей бабушки, запах смерти – заполнил его ноздри, чуть не задушил, и Морган Слоут/Морган из Орриса испугался.

Зачем человеку…

Ибо сказано в «Книге доброго земледелия», что человек не должен приносить то, что взошло из семени его, в жертву, а если принесет…

Зачем человеку…

Этот человек будет проклят, и проклят, и проклят.

…власть над целым миром, если при этом он теряет собственного сына?

Вонючая штукатурка. Сухой запах мышиного дерьма, превратившегося в пыль в темных пустотах за стенами. Безумцы. Безумцы на улицах.

Зачем?

Мертв. Один сын мертв в этом мире, другой – в том.

Зачем?

Твой сын мертв, Морган. Он должен умереть. В воде, или под балконом, или – наверняка! – наверху. Он не сможет выдержать того, что увидит там. Не сможет…

Зачем…

И внезапно ответ пришел.

– Он получает целый мир! – крикнул Морган пустой, заброшенной комнате. Расхохотался и вновь начал кружить по ней. – Он получает целый мир, и, клянусь Джейсоном, разве мира не достаточно?

Смеясь, он кружился все быстрее и быстрее, и скоро из его кулаков начала капать кровь.

Десять минут спустя к мотелю подъехал автомобиль. Морган подошел к окну и увидел, как Лучезарный Гарденер выпрыгивает на тротуар.

Секунду спустя преподобный забарабанил по двери обоими кулаками, как бьющийся в истерике трехлетний карапуз. Морган видел, что Лучезарный окончательно рехнулся, и задался вопросом, хорошо это или плохо.

– Морган! – проревел Гарденер. – Откройте мне, мой господин! Новости! У меня новости!

Видел я твои новости в бинокль. Поколоти в дверь еще, Гарденер, пока я определюсь: твое безумие – это хорошо или плохо?

Хорошо, решил Морган. В Индиане в критический момент Гарденер превратился в Лучезарного Труса и удрал, не покончив с Джеком раз и навсегда. Но теперь безмерное горе вновь вернуло преподобному доверие. Если бы Моргану потребовался пилот-камикадзе, Лучезарный Гарденер сел бы за штурвал первым.

– Откройте мне, мой господин! Новости! Новости! Но…

Он открыл дверь. И хотя Моргана распирало волнение, Гарденер увидел перед собой каменное лицо.

– Успокойся. Успокойся, Гард. У тебя в мозгу лопнет сосуд.

– Они вошли в отель… на пляже… стреляли в них, пока они были на пляже… тупые козлы промахнулись… на воде, я думал… мы достанем их на воде… потом вынырнули эти подводные твари… я видел его в прицеле… я видел этого плохого, плохого мальчишку в МОЕМ ПРИЦЕЛЕ… а потом… эти твари… они… они…

– Помедленнее. – В голосе Моргана слышались успокаивающие нотки. Он закрыл дверь. Достал из внутреннего кармана пиджака фляжку. Протянул Гарденеру, который свинтил крышку и сделал два большущих глотка. Морган ждал. Его лицо оставалось доброжелательным и спокойным, только на лбу пульсировала вена да пальцы сжимались и разжимались.

Вошли в отель, да. Морган видел этот нелепый надувной матрац с разрисованной лошадиной головой и резиновым хвостом и как он, покачиваясь на волнах, плыл к отелю.