Спутниковый телефон, это хорошо, но для надежности связи есть еще портативная походная рация. Этот аппарат величиной в два кирпича тащит за спиной курсант Асанов.
– Привет, дохляки! – слышится бодрый клич.
Нас бегом нагоняет третий взвод во главе со старшим сержантом Кершисом.
– Чего тащитесь? – на обгоне ехидно спрашивает он.
– Тише едешь, быстрее будешь, – отвечает Васильев.
– Ага, быстрее, – Кершис коротко хохотнул через плечо. – В жопе.
Но смеется тот, кто смеется последним. Обогнав нас метров на сто, бегуны резко тормозят и топчутся на месте. Что-то там не так. Поравнявшись с ними, мы видим, что у них свалился от усталости боец. Его подхватывают под руки и волокут, матерясь. Боец тупо перебирает ногами.
– Убитый раненого тащит! Гы, гы, гы, – злорадствует Вадик Павлов.
– Бегом! – с ухмылкой командует Васильев, и мы со свежими силами устремляемся вперед, оставляя третий взвод далеко позади. Бежим примерно пару километров и снова шагаем.
Переходим по мосту тихую неширокую речку. За ней путь нам пересекает большое стадо коров. Животные бредут плотно и медленно. Мы вынуждены остановиться. Пастуха поблизости не видать. Возможно, что прилег отдохнуть где-нибудь под кустом в тени, да и заснул.
Васильев, не желая терять время на вынужденную остановку, палит в воздух из автомата, надеясь разогнать стадо в стороны. Куда там! Животные даже ухом не ведут и тупо продолжают движение.
– Вот же скоты! – Слесарчук опрометчиво пинает в зад одно из животных. Животное останавливается и разворачивается на Слесарчука. Тот пятится.
– Это же бычара! – выдыхает Васильев.
Да, это точно бык. Здоровущий такой – в самом расцвете сил.
Бык роет копытом землю. Глаза его наливаются кровью. Проходит секунда, другая и эта огромная животина бросается на нас тараном.
С воплями рассыпаемся в стороны.
Бык останавливается, топчется на месте и яростно фыркает.
– Ну, я тебе сейчас! – Слесарчук достает из кармана взрывпакет, поджигает фитиль и бросает в быка. Тот шарахается от взрыва и, подняв хвост, бежит к своим коровам.
– Эй, бойцы! Вы чего тут шумите!
Из леса появляется мужик на гнедой лошади. В руке у него длинный кнут. Это пастух.
– В корриду играем, – недовольно отвечает Слесарчук. – Твоя скотина тут разбушевалась, дядя.
– И кто кого? – усмехается мужик. – Я вижу, что эта скотина приказала вам разойтись.
– Битва закончилась ничейным результатом, – отвечает Василев. – Слушай, товарищ стадный командир, а далеко ли еще отсюда до Лесной Поляны?
– Еще километра четыре по дороге, – машет рукой пастух. – А вы, никак, заблудились?
– Гвардейцы не могут заблудиться, – гордо отвечает Васильев. – Гвардейцы врага сами могут ввести в заблуждение. Взвод! В походную колонну становись! Шагом марш!
– Броня крепка, и танки наши быстры! – орет нам вслед пастух и ловко щелкает кнутом.
Мы двигаемся дальше. Снова бежим и вскоре минуем небольшой поселок. Судя по дорожному указателю, это и есть та самая Лесная Поляна, о которой спрашивал Васильев пастуха.
Время близится к обеду. Неплохо было бы подкрепиться, но Васильев гонит нас без остановок, все более взвинчивая темп.
Над нами низко пролетает вертолет. Вдали из-за леса поднимаются черные дымы.
Васильев все чаще переговаривается по спутниковому телефону.
Сворачиваем с дороги направо в лес в сторону дымов и натыкаемся на старинные каменные развалины, поросшие травой и кустами. Тут Васильев приказывает остановиться.
– Привал, – говорит он.
Мы все валимся там, где стояли, не чувствуя ног. Проходит минута, другая.
Васильев изредка посматривает на часы и прикладывается ухом к телефону. Говорит тихо и коротко. Можно разобрать только отдельные слова. Точка сбора. Время. Атака. Готовность.
Слышится звук вертолета, но саму машину не видно за густыми кронами деревьев.
– Товарищ старший сержант, мне по нужде крупной сходить надо, – заявляет Кичатов.
– Обойдешься, – отмахивается Васильев.
– Товарищ сержант! Мне приспичило!
– Очень хорошо! Будешь газовой атакой противника побеждать!
– Товарищ сержант! Я уже атакую!
– Три минуты. Время пошло, – презрительно произносит Васильев. Кичатов срывается с места, как спринтер со старта и скрывается в развалинах.
Вернулся в пределах отведенного времени со ржавой каской в руке.
– Вот нашел там, – показывает на развалины.
Каска советская. В ней пулевое отверстие.
– Положи, – строго произносит Васильев. – Тут много такого. Бои здесь были не слабые. Бывало, что мы и кости находили.
Он снова смотрит на часы, а затем прикладывается к телефону.
– Так точно! Есть на юго-запад. Так точно…
Слушая его, я решил, что скоро мы будем атаковать, и не ошибся.
– Взвод! В колонну по два становись!
Выполнение этой команды стоит всем нам больших усилий. Ноги будто ватные.
– Быстрее! Шагом марш!
Идем через лес и по команде разворачиваемся в цепь. Выходим на широкое поле. Здесь на кромке леса Васильев нас останавливает. Над полем дымы от взрывов ширасов. Вдали за дымами примерно в километре от нас возвышенность. Туда и будет атака.
Стоим. Ждем.
Справа из-за леса взлетает красная ракета.
– Вперед! – командует Васильев.
Быстрым шагом цепью движемся через поле.
