Кайли присела, чтобы положить куклу в корзину. Тряпичная кукла с простым окрашенным лицом. Но Кайли все же поцеловала ее. Ей хотелось бы оставить куклу себе, но она знала, что так нельзя было поступить. Если у тебя есть сестра, ты не берешь ее игрушки насовсем.
Поднеся корзину к воде, Кайли пустила ее в плавание. Корзина, покачавшись из стороны в сторону, приняла устойчивое положение и стремительно поплыла, как будто подхваченная течением, к девочке на том берегу озера. Кайли смотрела, как плывет корзина, видела, как девочка-ангел стоит неподвижно, все еще разведя руки, и ждет, пока к ней приплывет корзина с ее куклой.
– Ты пускаешь кораблики? – раздался проникновенный голос Мартина.
Кайли была так удивлена, что чуть не упала в озеро.
– Ну, – начала она, – что-то в этом роде. Я…
– Отец Бопре сказал мне, что я могу найти тебя здесь.
– Он хороший, – сказала Кайли.
– Он сказал мне, что ты радуешься нашей свадьбе. Что мы с твоей мамой поженились.
– Радуюсь, – прошептала Кайли.
Она была настолько счастлива, она не могла даже говорить нормальным голосом.
– Не переживай, что свадьба была не в церкви. – Мартин положил ей руку на плечо. – Здесь все вокруг моя церковь: природа, лес, горы, озеро, воздух. И так было всегда. Я возьму тебя покататься на лодке, Кайли, и научу грести. А когда оно замерзнет, я научу тебя кататься на коньках. Ты хочешь?
– Да, – ответила девочка, поглядев на него. – Очень.
– Ты видишь светлячков? – спросил он.
Кайли кивнула и вспомнила, что он уже рассказывал ей однажды.
– Они похожи на звездочки.
– Спустившиеся с неба, – добавил Мартин. – Так, бывало, говорила моя мама.
– С неба, – повторила за ним Кайли.
– Моя дочка там, на небе. – Мартин смотрел куда-то на тот берег.
У него был решительный и острый взгляд, он смотрел прямо на то место, где стояла крошечная девочка. Она взмахивала своими крылышками, и Кайли знала, что она вот-вот улетит. Сердце Кайли заколотилось, так страстно ей захотелось, чтобы Мартин увидел Натали: что Натали была здесь, на Лак-Верте, что она спустилась на землю вместе со светлячками, чтобы посмотреть на свадьбу своего папы и повидать свою новую сестру.
– Натали, – позвала Кайли, но Мартин подумал, что она по-прежнему разговаривает с ним.
– Да, Натали, – кивнул он. – Твоя мама сказала тебе.
– Натали! – позвала Кайли громче.
«Это из-за меня ты видишь ангелов, – донесся до Кайли голос маленькой девочки. – Мне надо кое-что объяснить тебе».
«Объяснить мне?»
«Это о моем папе, – сказала Натали. – Он нуждается в твоей помощи. Ты можешь помочь ему».
«Как?» – удивилась Кайли.
«Люди могут ничего не видеть не только глазами. Они могут быть слепы душой и не видеть любви, не видеть правды».
– Мне ее недостает. Я тоскую по моей девочке, – признался Мартин.
Он погрустнел, глядя прямо на… нет сквозь то место, где на противоположном берегу светлячком мерцал белый ангел.
– Именно поэтому я так расстроился тогда.
– Она тоже по тебе тоскует, – пробормотала Кайли, пытаясь сосредоточиться на двух голосах сразу.
– Твоя мама сказала мне, – Мартин присел перед Кайли, – что ты хочешь знать, должна ли ты называть меня Мартином или как-то еще.
– Как-то еще… – повторила за ним Кайли, у нее перехватило горло, и она замолчала.
«Смотри и слушай, – сказала Натали. – Ты ему нужна».
– Ты можешь называть меня папой, – сказал Мартин, взяв ее за руки. – Если захочешь. Это сделало бы меня очень счастливым.
«Папа», – подумала Кайли.
Слово прозвучало в ее мыслях так красиво, так правильно и так замечательно. Она никогда никого не называла так раньше, у нее никогда прежде не было папы, и только играя с куклами она могла произносить это слово. Подумав о куклах, Кайли посмотрела на тот берег, на Натали.
Девочки-ангела там уже не было.
Все, что осталось от нее, – только белесое мерцание на воде, как будто Млечный путь отражался в озере. Орды светлячков собрались там в облако и полетели над поверхностью воды. Облако приблизилось, и Кайли увидела, что это была ее корзина, уже пустая.
Натали забрала оттуда свою куклу. Ничего не осталось в корзине, кроме белого перышка, как будто от одного из лебедей, которые жили на озере Лак-Верт.
– Папа, – прошептала Кайли.
И Мартин поднял на руки Кайли, как поднял бы на руки свою родную дочку, и, обнимая, держал ее на руках, пока не подошла ее мать, которая уже искала их. Стоя у старинного бельведера, где они только что справляли свадьбу, Кайли смотрела на этих двух взрослых людей и знала, что у нее наконец-то появился папа, о котором она мечтала так долго.
Медовый месяц был жарким и полным лености, ясные летние дни они проводили на берегу Лак-Верта. Это началось с их свадебной ночи, после того, как Кайли легла спать, а Гарднеры отвезли Тобин и тетю Энид в аэропорт. Мартин жил здесь много лет, и жители Лак-Верта отчаянно защищали его покой. Он заверил Мэй, что ни единый намек на их брак не просочится в прессу, ни какие репортеры не испортят им их медовый месяц.
