Чутье не обмануло Вульфа – его оно тоже никогда не обманывало. Еще у этой бессмертной старухи он знал, что в ветхой кружевной тряпице – сокровище.

Он спускался по загаженной лестнице – и знал.

Он вез свою добычу – женщину, которая будет его – по закоулкам старого Яффо – и знал...

Смотрел, как она трепетна и беззащитна, как кокетлива и порочна, – и знал, что в руках у него – сокровище.

Да, он чуть-чуть отравился ею – этой женщиной – но ненадолго.

Он позволил себе пригубить из кубка любви каплю нежности. Но это не страшно.

Главное – у него сейчас в руках сокровище – подлинная гравюра 16-го века, считавшаяся пропавшей.

И скоро у него будет – Талисман жены Лота.

Чудотворный талисман вернулся.

Его не было полстолетья... Больше... Он исчез. Выхватил из лап смерти отца Вульфа – барона фон Либенштайна – и исчез... Тогда не спасся никто. Человеческие трупы вместе с раскаленными глыбами горной породы, кровью и огнем взлетали к небесам и рушились обратно – в недра земли. Взрыв чудовищной силы превратил подземный концлагерь Третьего Рейха, в котором изготавливались фальшивые фунты стерлингов, в каменное месиво.

Чудо-талисман спас отца Вульфа, и магическая сила его иссякла. Талисмана не стало. Он исчез. А теперь – вернулся.

Если даже не он сам – то его брат-близнец.

И скоро он будет у Вульфа. Скоро. Еще несколько встреч...

А сейчас – сокровище. Ай да старуха!

Вульф отложил лупу, подошел к книжному шкафу – почти ровеснику гравюры, достал фолиант в кожаном переплете, перелистал пергаментные листы... Все верно! Гравюра – та!

Ай да старуха с часиками!

Ай да он, Вульф! Не отмахнулся от своей «бредовой» идеи, что заставила огромные деньги отдать на... как Фаруда сказала?.. на «сгноение»?!

<p>Приказ Свыше</p>

Кисейные кружева розового рассвета опутали мокрые ресницы. Онемевшая рука крепко сжимала талисман. Аглая не спала. Она не спала уже давно – и боялась шевельнуться.

Кто-то другой... и в то же время она сама... кто-то посторонний... и кто-то ею властвующий... и ей же подчиняющийся!.. видел – не видимое – никому. Он, этот другой... Или другая?.. Другая, конечно, другая! Это тоже была женщина!

Эта женщина... стояла близко к плоскому, занавешенному гарью небу... Вокруг волновалась темная мантия древних гор... Мантия закрывала свои мертвые подножья голыми горячими камнями...

Женщина не шевелилась. Ветер сдувал с ее спины мелкие белые крупицы соли... Льющиеся из пустых глаз слезы снова становились этой солью, которая, высыхая, – не иссякала долгими безмолвными веками...

Аглая шелохнулась.

Женщина тоже.

Им обеим было невыносимо больно двигаться.

Женщина посмотрела на Аглаю и попыталась что-то прошептать. Так и не разомкнувшийся рот обвила маленькая соленая змейка и, пощекотав губы, ускользнула вслед за ветерком.

Горло Аглае перехватил спазм.

– Ты любила его? – хотела спросить она.

– Да, – смогла подать слабый знак женщина.

– Ты носила его талисман?

– Всегда, – услышала она шепот.

– Всегда? – переспросила Аглая, тихонечко выпрямляя руку.

Мертвые пустые глаза приблизились к Аглаиным – закрытым. В них проскользила улыбка... Улыбка счастливой любящей женщины.

– Что случилось? – спросила шепотом Аглая и нахмурилась. – Это – из-за Лота?..

– Нет, – качнулись засыпанные солью ресницы.

– Нет...

– Чем я могу помочь тебе? – выдохнула Аглая.

– Себе помоги... – забило болью в висках.

...Сердце, маленький живой механизм, с трудом качая застоявшуюся кровь, выбивалось из сил, но работало как проклятое, вытаскивая хозяйку из окаменелости – своей и чужой. Оно все учащало и усиливало удары.

Аглая свесила ноги с кровати, сунула их в тапочки, с трудом поднялась и, согнутая, направилась на кухню, где в холодильнике стоял полупустой флакончик с валерьянкой. Кажется, стоял. Когда-то мужнина тетушка, будучи в гостях у Аглаи, оставила его там... Год назад, наверное. Сто раз уже можно было выбросить...

Аглая распахнула белую дверку. Хрен со свеклой... Тюбик с горчицей... Микстура от кашля... Духи «Магия ночи», кем-то подаренные... А это что? Господи!

В ведро полетел пакет, полный прогнившей хасы.

– Так... Есть! «Настой валерьяны» – прочитала Аглая русские буквы. – Срок годности?

Вот он... Истек три года назад... Ладно, ничего страшного.

Аглая одним медленным глотком выпила остатки спиртового настоя, с отвращением посмотрела на пустую пачку из-под сигарет, одиноко валяющуюся на столе, и решила, что... что больше – никогда в жизни – не будет поддаваться – очарованию мужчин!

С чего она так решила? Причем здесь мужчины? Никаких мужчин в ее жизни нет!

– О, Господи! – вспомнила она вдруг вчерашний вечер.

Перейти на страницу:

Похожие книги