На долю обыкновенной девушки из небольшого американского городка выпало немало испытаний: жестокость и предательство, смерть близкого человека, банальное безденежье… Однако душевная чистота, внутренняя сила и умение любить помогают ей обрести вкус к жизни и женское счастье.
Тесны врата и узок путь,
Ведущий к жизни,
И немногие находят их.
Ах, жизнь,
Мне было бы приятно вспоминать
Тот дом, в котором я росла,
Когда б могла я вспоминать
Лишь те мгновенья радости,
Что испытала в нем
Твоя мать воплотит все ночные
кошмары, что терзали тебя.
Твоя мать в тебя вложит все страхи,
что терзали ее.
Однажды, теплым сентябрьским днем, Талли, Дженнифер и Джулия сидели за кухонным столом в доме по улице Сансет-корт[1].
— Талли, иди домой, — сказала Дженнифер Мандолини. — Я не хочу, чтобы ты явилась ко мне на день рождения в таком виде. — Она ткнула пальцем почти в лицо подруги.
Талли Мейкер не обратила на нее внимания. Она помешивала французский луковый соус, который готовила редко, но зато хорошо, и была вся поглощена этим.
— Еще раз попробую и улетучусь, — сказала она, но весь ее расслабленный вид говорил об обратном. Так удобно было сидеть за столом, забравшись с ногами на кушетку, и помешивать соус. На кухне у Мандолини пахло яблочным пирогом, в то время как в кухне ее собственного дома никогда не витали подобные запахи.
Дженнифер дотянулась до соуса и отобрала его у Талли.
— Еще раз попробуешь — и здесь ничего не останется.
Талли проследила взглядом, как соус перекочевал на шкафчик, и вздохнула. Джен права. Пора уходить.
Вернувшись на свое место, Дженнифер добавила, как бы извиняясь:
— У нас и так ничего нет для гостей, правда, Джул?
— Правда, Джен, — согласилась Джулия Мартинес, задумчиво двигая стакан с кокой по столу.
Талли лениво поднялась, прошла через кухню и сняла со шкафчика соус.
— Дженнифер, они обо всем забудут, лишь бы потанцевать с тобой. Про луковый соус никто и не вспомнит.
Она провела пальцем по краешку миски и замурлыкала Отель „Калифорния“.
Дженнифер выхватила у нее миску.
— Мейкер, уже пять часов! — воскликнула она. — А тебе две мили шагать до дома. — Она накрыла соус куском оберточной бумаги. — И столько же обратно. Не валяй дурака, уходи, я все равно не смогу подбросить тебя на машине. — Она убрала соус в холодильник. — Выметайся отсюда. И приведи лицо в порядок. Джул, ну почему она не уходит?
— Не знаю, — ответила Джулия, — ей никогда здесь особенно не нравилось.
— Девочки, девочки, можете успокоиться. Я уже ухожу.
Однако Талли не уходила — наоборот, она подошла к столу, села и закинула ноги на стул.
Дженнифер плюхнулась рядом с ней.
— Ну иди же, — сказала она уже мягче. — Я просто не хочу, чтобы ты опоздала, вот и все.
Талли не двигалась.
— Между прочим, туда и обратно всего
— Выметайся, — повторила Дженнифер и вздохнула, чувствуя, как внутри нее закипает раздражение.
Талли перегнулась через нее и взяла пачку Принглс.
Был хороший субботний день. Тихий. Теплый. Нереальный.
— Слушай, Мандолини, — Талли поделилась с Дженнифер картофельным чипсом, — ты так и не сказала мне, сколько народу будет у тебя сегодня.
— Тридцать человек. — Дженнифер съела чипс, встала и открыла кухонную дверь. — И я тебе это уже говорила,
— Тридцать, — радостным эхом отозвалась Джулия. — И половина из них — футболисты.
Облизывая соль на губах, Талли взглянула на Дженнифер.
— Джен, — сказала она, — кстати, как поживает команда болельщиков?
— Нормально, хорошо, спасибо за внимание, — ответила Дженнифер, продолжая стоять в дверях.
В открытую дверь проник воздух с улицы, и Талли ощутила приятную прохладу на плечах.
— Да-а-а, — протянула она, многозначительно глядя на Джулию, но стараясь сохранить серьезное выражение лица. — А тебе что, приходилось разговаривать с кем-нибудь из футболистов?
— Не так чтобы часто. — Дженнифер отошла к раковине. — Но они каждый раз, проходя мимо, выкрикивают всякие непристойности.
Талли уперлась взглядом в спину Дженнифер.
— Так, значит, ни с кем конкретно из футболистов ты не разговаривала?
— Нет, по-настоящему нет. — Дженнифер аккуратно оторвала бумажное полотенце и вытерла руки.
Джулия прочистила горло и спросила:
— Джен, а разве тот парень, у которого шкафчик справа от твоего, не футболист?
— Не знаю, — ответила Дженнифер, не оборачиваясь, — но, кажется, да.
Она повернулась спиной к столу и стала тщательно протирать тряпкой шкафчик.
Талли и Джулия обменялись взглядами.
— Да-да-да, — сказала Талли, поднимаясь и подходя к Дженнифер. — Я припоминаю, что видела, как ты разговаривала с каким-то парнем в очень сексуальной майке с номером на спине. Какой там у него номер, Джул?
— Не знаю, — отозвалась Джулия.