скомпрометированной однажды,
бросить вызов себе и раствориться в пространстве.
С нами всегда будет происходить наше детство. Присмотритесь повнимательнее. Попробуйте отыскать каждое мгновение оттуда и полюбить этого ребёнка. Вы просто обязаны полюбить себя маленького. Когда весь мир заключается только в маминых глазах, папиных словах и дворе. Вы обязательно отыщите что-то новое. Ведь столько часов было проведено в детстве.
Шумные празднования дня рождения и мудрые напутствия в жизнь. Споры с детворой. Постоянная опека и внимание, вечная любовь папы и мама всегда рядом. А главное, за тебя устроят весь мир для тебя. Всё это ни про Кэт.
Будучи маленьким симпатичным ребёнком, мать часто стригла волосы девочки коротко, «под мальчика». Ирина работала на почте оператором связи с раннего утра до вечера, шесть дней в неделю, и до самой пенсии, все тридцать пять лет. Отца ей заменил отчим, из тех, кто был машинистом и водил огромные составы грузовых поездов. С братом Сергеем Кэт жили как кошка с собакой, постоянно ругаясь.
Время Советского Союза подходило к развалу, сменяя одних лидеров на других. Но пока такая страна, как СССР была, люди никогда не зачинали дверь, все друг другу доверяли, и даже мысли не было, что кто-то может зайти со злым умыслом. Катя взрослела. Начал появляться характер.
Дорога домой шла через почтовое отделение, в котором трудилась её мать. Дочь своей эпохи заходила к матери на работу после школы. Ей открывали заднюю дверь отделения, где Катю все работники почты знали, свободно допускали в отдел доставки, и где сидела, ожидая обеденного перерыва матери, чтобы вместе идти домой. Тропинка до дома от почты вела через лес с малиной и приведения погребов, словно выросшие прямиком из земли, будто магические тоннели в потусторонний мир.
Кате нравилось, когда в доме никого не было и часто оставалась одна. Ей нравилось одиночество. Не слышала колыбельных, ей не пекли пироги с яблоками на праздник.
Невостребованность её существа в семье острыми ощущениями ложились с каждым часом взросления. Свой внутренний мир ей представлялся большой гулкой тронной залой из золота и белого мрамора. Такой она видела свою душу. А в нём престол из золота и драгоценных каменьев. Престол и масштаб, эхо в котором разносится по просторному мраморному залу с белыми колоннами и раздаётся ото всюду.
Полное несогласие мира снаружи. Она тщательно фильтровала окружающую действительность и точно знала, что впускать в свой внутренний мир. В этом ей помогла любознательность к творчеству. Драматизм откровенной радости разыгрывался при виде застолья родителей по выходным, веселило её.
К моменту рождения девочки, родители решили разойтись. В возрасте полутора месяцев отец выкрал её и скрылся в Нижнем Новгороде. Полтора года судов пришлось пройти всем участникам этой драммы. Всё это время отец скрывал девочку, пряча от родной матери. Увозя дитя в глубокие дали карельских лесов, мать наконец-таки обрела покой.
Её мама была очень красивой женщиной в посёлке. Однажды, на почте, отправляя письмо, в неё влюбляется молодой симпатичный мужчины, которого не смутили её дети, наоборот. И почти сразу они стали жить вместе.
Жили просто, в деревянной хрущёвке, где тепло дома сохранялось от топки печи дровами из сарая, умывались по утрам под струйкой холодной воды из умывальника. По пятницам ходили к соседке в баню. А у бабушки всегда был свежезаваренный крупнолистовой настоящий индийский чай в фарфоровом чайнике, а сливочное масло нежно таяло в раскалённой чугунной сковородке, а не стояло «пальмовым колом», как в современные дни. Внутреннее ощущение тогда было совсем другим. Участковый врач в посёлке знал все семьи, а школьники сдавали стеклотару из-под пива, молоко тогда тоже было только в стеклянных бутылках под крышкой из фольги. Тогда мы все были проще, добрее и здоровее. А сейчас попробуй воду из-под крана пить.
Родина детства. Свою любовь к отчизне мы впитываем с молоком матери. Прежде, родина там, где проходило детство. Привычные сараи, дорога до бабушки с дедом, мост и берег Онежского озера. Почта была, несомненно, мамина и эти бабушкины «щечки». Клуб за домом и эти танцы, дискотеки.
У Кэт нелюбовь к родине как таковая, но проявление «странности» этой любви. Словно пружина движения, мотив «странной» любви развертывается в двух взаимосвязанных и вместе с тем контрастирующих планах: необъяснимой холодности к тому, что составляет общепризнанно высокий предмет патриотического воодушевления, противостоит столь же «непобедимая» рассудком привязанность к иному «лику» родины – простым картинкам из памяти родной природы русской деревни.
Каков образ жизни она себе представляет отсюда? Основное содержание – русская природа глубинки, в которой она проводит своё детство, народная жизнь там и полностью противоположный мегаполис, в котором девочка видит себя в будущем. Ив котором, несомненно, окажется. Дорогой сердцу образ посёлка, бесконечно далекий от романтических Пушкинских проз.
