Там, где растет синий полностью

– О бубнильщиках не волнуйся, они уйдут тогда, когда ты попадёшь в абсолют (это спасительная штука). По поводу информации: нам надо подождать какого-то перелома в опыте, какой-то результативности, что ли, или просто изменения. Трансформация человека казалась всегда бронам вполне прогнозируемой, но теперь, общаясь с тобой, я вижу, что мы можем узнать много нового. Ты только не сдавайся.

– Я не сдамся, но вы могли бы что-то сделать с моей интуицией?!

Лон пробегал пальцами по пальцам – пять на пять, раздумывал. Он не суетился, не корчил, не кидал каури и не махал мёртвыми курами, как это бывает на подобных приемах, даже не резал буквы на спине, не начитывал на огонь, а вот так спокойно и уравновешенно всматривался, а потом как скажет:

– Тебе нужен стержень.

Сэвен даже привстал.

– Вы хотите сказать, что во мне стержня нет?!

– В тебе есть стержень стратега, но нужен другой – более крепкий. Вот почему на тебе не крепится – такого стержня нет. Тебе нужен нормальный жизненный стержень. И тогда из тебя и страхи исчезнут, и дыра твоя зарастёт. Иди и разыщи его.

– Я найду, – сказал Сэвен со всей ответственностью.

И скоро он этот стержень действительно нашёл.

Всё скомкано, ужато, всё рассовано по воображаемым вагонам, площадям, квадратам, всё потеет, преет и куксится. Сэвен сидит около термитника и давит заблудших Муравьёв, изображая Баба.

– Эй, приятель, а отведи меня куда-нибудь, чтобы отвлечься. В хорошее место с понятной функцией, – просит он у хамернапа.

– Хорошо, хозяин.

Сначала никаких перемен во внешнем облике природы, а потом что-то выделилось с изнанки: творческая студия – сначала так показалось и почти совпало с предположением. Это была чертёжная на открытом воздухе. Там броны сидели перед большими полупрозрачными листами и что-то там чертили на планшетах, вырисовывали.

– БомБом, это же чертёжная?

– Да, хозяин. Тут находятся броны, которые изучают промежутки, то есть то, что между предметами, между материей. Люди пока не занимаются этим, но броны вовсю; разработана даже теория организованных промежутков. Броны вообще-то считают, что все промежутки организованны, что там есть свои законы и вероятности, к которым не подходят методы, применимые к материи. Вот они и рисуют на кипарисовой бумаге то, что образуется между предметами и между существами, а потом анализируют это. Такие промежутки они называют видимыми. А есть ещё те, которые можно констатировать, к примеру, промежутки между событиями, можно подумать, что этим они заново изобретают человеческое время, но нет, они не время конструируют.

– Как интересно.

– И это только первый уровень знания, а есть и второй, там пытаются наиболее интересные промежутки облечь в формы. Броны говорят, что раньше все мы были промежутками, а потом поймали собой пространство и стали вот тем, что мы есть. То есть это очень важно – изначально наловить собой побольше пространства, чтобы существо смогло полностью воплотиться. Для этого в мире людей оканчивают университеты, учат разные языки, развивают бытовые способности, рожают детей (дают своей части самостоятельно ловить собой пространство). Так люди воплощаются. Броны же ловят собой идеи и делают их выпуклыми, они создают новые объекты мира, сокращая этим и увеличивая число промежутков. Это такой мир, который не убывает и не растёт, просто меняется, в этом его отличительная особенность.

Сэвен подошёл к чертежам и увидел, как там и вправду рождались из обычных расстояний между предметами знакомые силуэты, это как будто был особый мир там, мир со своими законами и радостями, а ведь он никогда его не замечал, этот мир, даже не пытался заметить.

– Интересно, а дыра во мне – это какой промежуток?

– Спросите у них.

Стратег приблизился к одному из рисовальщиков, у которого были самые «живые» чертежи, казалось, вот-вот сбегут и организуют где-нибудь свою «промежутковую реальность».

– Простите, кажется, во мне дыра растёт, но я не могу выявить её природу и не могу её сократить в связи с этим или вообще от неё избавиться.

– Нет ничего проще, чем избавиться от любого промежутка в себе, – заявил деловито чертёжник. – Надо стать цельным.

– Вот бы понять как.

– Попробуйте констатировать пустоту, когда вы поймёте, что такое пустота, вы сможете и обратное создавать – полноту. Полноту ощущений, полноту жизни. Так что самое главное – понять, в чём для вас пустота.

– Спасибо за совет. Можно? – он указал глазами на планшет.

– Конечно.