Там, где цветет Ситхмой полностью

Утро 4 января 1948 года было непривычно холодным. Городские часы показывали только начало четвертого утра, а Рангун словно и не засыпал в ожидании важного события. У здания губернаторского дворца толпился народ. Каждый пытался взглянуть на зеленую, освещенную лампочками лужайку, на которой появились представители британских властей, компаний, члены только что сформированного правительства Бирмы, лидеры политических партий, иностранные дипломаты.

Из резиденции английского верховного наместника вышли губернатор сэр Хьюберт Ране и президент нового независимого государства — республики Бирманский Союз Со Шве Тай и заняли места на небольшом возвышении лицом к двум белым флагштокам. В 4 часа 20 минут воздух вздрогнул от раскатов орудийных залпов салюта. С реки Рангун послышались протяжные корабельные сирены, загудели поезда, автомашины. Предрассветную сероватую мглу украсили букеты фейерверка. Под прощальные мелодии британских ВМС с мачты как бы нехотя начал опускаться «Юнион Джек», и тут же на мачте затрепетало красное полотнище с большой белой звездой в созвездии пяти малых звезд на синем квадратике в верхнем левом углу — первый флаг независимой Бирмы. Бывший губернатор Ране заспешил в порт на корабль, отплывавший к Британским островам. Двадцать один прощальный залп означал конец английского господства в одной из наиболее разграбленных колоний.

Так уходили из страны колонизаторы, 122 года хозяйничавшие в Нижней и 62 года в Верхней Бирме. «Мы получили независимость!» — разносилась по городу радостная весть. «Независимость, независимость!» — кричали наперебой сновавшие в толпе мальчишки. Теперь уже, казалось, весь город высыпал на улицы. Незнакомые люди поздравляли друг друга. Повсюду на домах развевались флаги, с открытых эстрад звучала музыка и песни, несмотря на раннее утро, открылись магазины и лавки. На озере Ройал-лейк, в центре города, начался праздник на воде. По старой бирманской традиции, его открыла красочно украшенная лодка с официальными лицами на борту.

Утвержденный английским парламентом и королем акт гласил, что Бирма стала «независимой страной, не составляющей часть владений Его величества». Это был отнюдь не акт доброй воли британской короны, а признание несостоятельности колонизаторов в управлении страной, которая пришла к независимости дорогой многолетней борьбы. Бирма первой из английских колоний вырвала свободу, за которую отдали жизни лучшие сыны бирманского народа. Среди них национальный герой генерал Аун Сан — организатор вооруженного национально-освободительного движения против захватчиков, основатель независимого государства. Шести месяцев не дожил он до дня официального провозглашения независимости. Утром 19 июля 1947 года во время заседания исполнительного совета, члены которого уже считались министрами временного правительства Бирмы, в кабинете раздались автоматные очереди. Проникший туда убийца в упор застрелил почти всех присутствующих. Тринадцать пуль попало в Аун Сана, с десяток — в его старшего брата У Ба Вина. Их было трое братьев, и каждый жил мечтой о свободной родине.

Мне удалось встретиться в Рангуне со вторым братом Аун Сана — У Аун Таном. Он бакалавр искусств и права, адвокат. С трудом нахожу внешнее сходство с Аун Саном, и все-таки оно существует — в разрезе глаз, овале лица, очертании губ.

— Завоевать свободу, — сказал У Аун Тан, — нам было нелегко. — Представленная Великобританией независимость оговаривалась жесткими условиями англобирманского договора, по которому наша страна несла ряд экономических и военных обязательств. На пути к свободе было много противоречивого. Порой страна доверчиво и наивно полагалась на «бескорыстную помощь» Запада, а это приводило к усилению экономической зависимости, к однобокому развитию национальной экономики и сохранению отсталости.