Утром я наблюдал за столбом дыма, поднимающегося на горизонте со стороны железнодорожного моста. Горело хорошо, дым был черным и каким-то жирным. Возникла опасность, что если немцы начнут прочесывать местность могут обнаружить наш самолет. В лагере остались мы с Тарасовичем, да радист с охранником, которые спешно устраняли следы, долгого пребывания группы, намереваясь сменить стоянку. На всякий случай мы тоже стали готовить самолет к экстренному взлету. Часам к одиннадцати прибежал один из разведчиков, учувствовавших в акции. Отдышавшись, он рассказал, что удалось подорвать состав прямо на мосту и сошедшими с рельсов вагонами, забиты обе железнодорожные колеи. Горит, разлившиеся горючие, и начали взрываться снаряды. К сожалению, в составе боеприпасов достаточной мощности не оказалось, и детонации не произошло. Обрушить пролеты не получилось, но мост выведен из строя минимум на двое суток. К тушению горящих вагонов немцы еще даже не приступали, так как боеприпасы продолжают взорваться, а потом им предстоит разбор завалов и ремонт поврежденного пути. На волне эйфории от успешно проведенной акции, во время отхода бойцы захватили немецкое зенитное 88-мм орудие, установленное в кузове грузовика. После чего выдвинулись на окраину Борисова и с расстояния около двух километров, прямой наводкой, расстреляли автоколонну на бетонном мосту. В результате удалось разрушить только сухой пролет, который был поврежден во время отступления. Немцы для его ремонта использовали дерево, которое во время обстрела загорелось от разлившегося топлива. На мой взгляд, иначе как простым везением, это объяснить сложно. С другой стороны везет, тем, кто, что-то старается делать. Ребята молодцы, рискнули и выиграли, более серьезных результатов без подготовки, ожидать было сложно. Радист сел шифровать сообщение для отправки в центр, а мы решили рискнуть и лететь днем, шанс на обнаружение при прочесывании местности стал более чем реальным. На наше счастье небо затянулось облаками, и перелет прошел хоть и нервно, но достаточно спокойно. После взлета не удержались и взяли курс так, что бы увидеть сверху результаты диверсии.
По прибытии доложил об итогах вылета, подтвердил частичное разрушении мостов, и рассказало том, что немцы уже навели понтонные переправы. Потом приступил к выполнению задач по подготовке очередной группы диверсантов. Раз я все больше занимаюсь этим вопросом, наверное, пора выходить на руководство с предложением о создании специальной «учебки» — хватит заниматься кустарщиной.
Вызов в штаб ВВС застал меня в перерыве между занятиями с группой, готовящейся к заброске, пришлось направить их к саперам. По дороге ломал голову, что могло случиться. Не успел доложиться, как Худяков приглашает к развернутой на столе карте. Здороваюсь с присутствующими и слушаю, как Сергей Александрович ставит задачу, полученную от командования.
— Заместитель командующего Западным фронтом генерал Еременко по указанию Верховного Главнокомандующего приказал организовать испытания нового секретного реактивного оружия. Характеристики неизвестны, требования к выбору мишени не понятны, но стрельбы состоятся завтра. За нами выбор места и время проведения испытания. Нужны свежие сведения о расположении войск противника.
Потом обращается ко мне — Владлен Владимирович ты недавно закончил академию Жуковского, пусть и заочно, но что-то может быть слышал про новое оружие.
— Может и слышал, — отвечаю, задумавшись, — но там все очень секретно, могу только предположить, что это дельнейшее развитие РС-82 снаряженное более крупным зарядом.
Подвески с этими ракетами на самолетах к этому времени уже были хорошо известны и применялись еще во время войны с Японией, но стрельбы по площадям более крупными ракетами пока не проводились. Поэтому присутствующие начинают переговариваться, обсуждая услышанное.
— Насколько крупным, что нам ожидать, к чему готовиться?
— Думаю, что длиной метра полтора, диаметром сантиметров пятнадцать, весом до пятидесяти килограмм, количество и тип взрывчатого вещества не известен. Работает на реактивной тяге, скорее всего снаряд не особо точен из-за проблем стабилизации в полете. Залп накрывает определенную площадь, предполагаю, что со сплошным поражением. А вообще нужно подумать.
— К концу совещания доложишь, время очень мало. Скажешь, что нужно я постараюсь обеспечить. Мы пока разведданные на карту нанесем, но в 19.00 ч. мне необходимо доложить в штаб фронта готовый результат с точными координатами места проведения акции.
