— Тихо, — шепотом приказал отец Михаил, и все сидящие в сарае постарались задержать дыхание. Алексею показалось, что даже собаки на время перестали дышать.
— Здесь черт ногу сломит, какие-то кресты, плиты. Короче, сбегли попы, видно, кто-то предупредил.
— Стрельни, может, вылезут, — посоветовал кто-то ему с крыльца дома.
— Охота была пулю тратить, еще пригодится, — ответил тот, и шаги начали удаляться.
— Спасибо, Господи! — вздохнула мать.
— Пора собираться, через час приедет дядя Саша, — сказал отец.
— А если бы они нас нашли? — поинтересовался Алексей. — Мы бы сражались?
— Нет, — устало улыбнулся отец, зажигая керосинку. — Священники не имеют право на кровопролитие. Ты же сам знаешь. Священники должны молиться.
— Это несправедливо, они хотели нас убить, а мы просто прятались, — возразил мальчик.
— Да, просто прятались, — грустно согласился отец, взял ребенка за руку и повел через сад к дому.
— Я не понимаю, что происходит, — говорила мать. — Почему именно сейчас все эти аресты?
— Скоро война, — отвечал отец. — Большевики боятся, что духовенство в случае оккупации перейдет на сторону фашистов.
— Это чушь какая-то, — разводила руками мать. — Духовенство не может занимать чью-либо сторону.
— Ну, тем не менее, разве им объяснишь, — вздыхал отец Михаил. — Для них главное совсем другое.
-Что?
— К сожалению, они сами не знают, но, судя по информационным сводкам, войны не предполагается, а судя по арестам духовенства, она уже на пороге.
— Скажи мне, — неожиданно поинтересовалась мать, крепко сжав руку мужа. — Ты не раскаиваешься, что стал священником? Мы же для всех враги.
— Признаться, счастлив, — серьезно ответил отец.
— Тогда я тоже счастлива, — улыбнулась женщина.
— Вещи придется оставить. Паром задержали на той стороне. Уже четвертый день. Я вас лодкой повезу.
— Но там же детские вещи! — воскликнула мать.
— Ничего не знаю, — развел руками лодочник, — но через час сюда придет колонна машин с пограничниками, так что решайтесь.
— Мы все уже решили, — строго сказал отец, откинул в сторону узел с вещами, взял за руки детей и повел к лодке, привязанной к причалу.
— Бывайте, помолитесь там за меня! — крикнул им вслед дядя Саша и пошел к грузовику.
— И ангелы нам в помощь, — тихо повторял слова именитого предка Алексей, попутно вглядываясь в темнеющую на горизонте кромку Валаамского берега.
— Ждали, ждали, — распахнул он объятия отцу Михаилу. — Думали, к обеду только будете.
— Откуда же знали? — обнимая старика, спросил тот.
— Мы ждем любого, такой закон у нас, христиан, хоть и грешных, — засмеялся архимандрит.
— Тогда почему к обеду? — продолжил расспросы отец.
— Обед — дело приятное, хочется ведь гостей чем-нибудь побаловать, — еще шире улыбнулся старик и повернулся к Алексею: — А ты, герой, вырос. Получил мою открытку к Рождеству?
— Получил, — отчего-то засмущался мальчик.
— Ну, пошли в трапезную, — пригласил гостей Аувиан и повел их тропой по склону наверх.
— Чего паром-то держат? — на ходу полюбопытствовал лодочник.
