- Ты принял своё решение, я принял своё. Я хочу, чтобы всё оставалось на своих местах, я не сторонник Хаоса. - Голос маркиза звучал ровно и правдиво. Астароту очень хотелось верить в это. - Мне не остановить тебя, да я и не собираюсь этого делать. Более того, я даже помогу.
И мальчик начал рассказывать:
- Когда мне в руки попал этот череп, он был простым амулетом, который создала старая ведьма. Ты знаешь её, Аглая.
Астарот прищурился, напрягая морщинистый лоб, и коротко кивнул.
- Так вот, она создала его из черепа младенца, чтобы попадать в мир мёртвых и иметь возможность вернуться обратно. А так как ей у нас уже давно было уготовано тёплое местечко, зачарованная кость открыла ей врата Ада. В обе стороны. Её душа оказалась между мирами, и она стала по-своему бессмертной. Слушай дальше, принц, сейчас будет самое интересное.
Маркиз поправил белые кружева на рукавах и продолжил:
- Я забрал у неё талисман, когда она в очередной раз проскользнула к нам, думая, что останется незамеченной. Я оставил её душу здесь. С тех пор её маленькая игрушка оказалась в моих руках. К сожалению, как я и предполагал, Падшие не могли её использовать.
- Не могли? - хрипло переспросил Астарот, чувствуя, будто что-то сжимает его горло.
- Не могли, - кивнул мальчик. - Потому что по сути этот череп - просто безделушка, зачарованная старой ведьмой переносить между мирами лишь легкие человеческие души.
Принц Уныния с каждым словом маркиза становился всё белее и белее. Земля уходила у него из-под ног.
"Неужели всё зря?.."
- Но именно тогда мне представился шанс совершить невиданное колдовство. Ведь уже очень давно я экспериментирую с заклятьями, которые могли бы перенести плоть Проклятых на Землю. Но у меня никогда не получалось достаточно сильного артефакта. И всё потому, что у меня не было необходимых ингредиентов.
- Один из таких недоделанных артефактов ты и отдал мне, не так ли, - прошипел Астарот, доставая из кармана цепочку белого золота с маленькой подвеской-черепом с рубиновыми глазами.
С тех пор, как Агриэль обманул его, принц не расставался с этим предметом. Сухие костяшки пальцев часто перебирали блестящие звенья, напоминая Астароту его цель.
- Именно, принц, - спокойно ответил мальчик. - И это был самый сильный мой экземпляр. К сожалению, его энергии хватало лишь на несколько секунд пребывания на Земле. Но и об этом я раньше не мог и мечтать. До того момента, как мне в руки не попал талисман старой Аглаи. Это оказалось первым необходимым ингридиентом. Затем я поместил в него три живые человеческие души. Три души трёх людей... которые никогда не умирали.
Глаза Астарота округлились.
- Но откуда?..
- Оттуда же, откуда и твой голем, принц.
- И после этого...
- Череп стал настоящим ключом от Врат между миром людей и Проклятых, - закончил Агриэль.
Астарот задумался. Злоба исчезла с его лица, убрав несколько морщин, но осталось ещё множество глубоких складок, выражающих недоверие.
- И теперь ты хочешь, чтобы я отправился наверх один?
- Да, принц. Прошу тебя, обдумай всё и сделай это. Не соверши роковой ошибки, не заставляй весь Ад следовать за тобой, не меняй установившийся ход вещей. Просто позволь чёрному оставаться чёрным, а белому - белым.
В этот момент мальчик подошёл к Астароту и маленькой ладошкой дотронулся до его сжатых пальцев. Не успел принц отдёрнуть руку, снова скривившись, как маркиз сказал:
- Теперь ты знаешь, - и исчез.
Принц Уныния так и остался стоять один рядом с бледным черепом, вокруг которого кружили образы печатей. Желтая змея с оранжевыми глазами свила кольца на потертом темени, чёрный скорпион, переливаясь зелёными всполохами, выглядывал клешнями из пустых глазниц, серебристый паук с огромной сеткой синих глаз прицепился к скуле, и большой огненный феникс нависал сверху. Принцу казалось, что все они смотрят на него со злостью и ненавистью, даже его собственная летучая мышь, свисающая с челюсти вниз головой, будто прищурилась, уставившись на него бледными глазами.
Но Астарот больше не собирался ждать. Его щербатое лицо исказилось отвратительной гримасой, в каждую руку он взял по два флакона с кровью и резко раздавил их над черепом. Кровь принцев, смешиваясь с его собственной кровью и хрустальными осколками, полилась вниз. Он закрыл глаза и выдохнул силу. Мощь принца Дома Уныния ударила взрывной волной вперёд, потушив все свечи, разрушив каменный постамент и превратив комнату в руины. И только тогда пять печатей вдруг начали трескаться. Со звонким щёлканьем они распались на звенья заклятьев и вскоре совсем растворились в эфире, оставив перед принцем голый череп.