Слева от меня, прямо засутулой демоницей, стоял высокий шкаф, древний и потёртый, но всё еще довольно красивый. Его стенки были выполнены из черно - белой древесины, покрытой когда-то лаком. Стекла были желтоватые и не совсем прозрачные. Самигина сказала, что это слюда. Внутри стояло множество колб, закрытых пробками. Некоторые из них были наполнены странными жидкостями, разных цветов, а некоторые - пустовали. Справа стоял диван черного дерева в облезшей позолоте. Пёстрая обивка, довольно красивая, хоть и изрядно потёртая, привлекала внимание и приглашала присесть. Кроме того, повсюду на стенах висели какие-то безделушки: грустные и весёлые маски, небольшие картины, старое проржавевшее оружие, которым не пользовалось по-видимому уже слишком давно. Тарелки, бусы, денежки, зеркала и всякого рода мелочи закрывали собой всё свободное пространство стен, однако, не создавая слишком навязчивого впечатления захламленности.
- Интересная комната, - сказала я, пытаясь понять, как это всё уместилось в таком маленьком помещении. Я обернулась и вздрогнула, увидев напряженное и злое лицо странной знакомой Торла. Оказывается, демоница всё это время следила за мной, прищурившись, что сделало её глубоко посаженные маленькие глаза ещё более неприятными.
- Я много веков собирала эти сокровища у себя. Это мой храм, мой дворец.
Она оглядела свою каморку с трепетом и гордостью. Словно перед ней были не кучи старых вещей, а тронный зал. Внезапно она сложила вместе свои волосатые ладони, сплетая кривые пальцы, и стала выглядеть почти трогательно в своей радости.
- Ну да, хватит об этом, - сказала она и неожиданно оказалась настолько близко ко мне, что я кожей почувствовала её отвратительное дыхание, - я никогда не видела живого человека.
Утробное урчание раздалось из её живота, от чего она вздёрнула брови и усмехнулась. Отойдя от меня подальше, она причмокнула и громко сглотнула.
- Ты прячешь ауру, это похвально. Однако запах человека не спрячешь, правда? - она засмеялась, и я увидела два ряда её острых тонких, как иглы, зубов.
- Ты чувствуешь мой запах? - спросила я, стараясь держать себя в руках, и, на всякий случай скрестила руки, незаметно положив левую ладонь на гладкую ручку секиры.
- Конечно, чувствую! Да от тебя за несколько шагов пахнет так, что слюну не успеваешь сглатывать, - гаркнула она, сложив руки на мягких серых складках одежды, под которыми журчал дряблый животик.
У меня похолодели кончики пальцев, и я решила, что будет во благо не обращать внимания на последнюю фразу.
- Но другие демоны не чувствовали.
- Просто тебе повезло не встретить одного из нас. Тогда бы твой фарс раскрылся сразу же!
Демоница презрительно фыркнула и направилась к старому шкафу, взмахнув серой хламидой.
- Одного из вас? - переспросила я, но ответа не последовало. Открыв дверцы, она несколько минут рылась где-то в глубине деревянной полки, после чего достала на свет маленький пузырек, в котором плескалась черная, как чернила, вязкая жидкость. Подняв его над собой, она с видом знатока покрутила его в воздухе. Густая субстанция плавно омывала стенки, медленно стекая на дно. Там где она оставляла свой след, стекло становилось чёрным, как ночь.
- Вот, то, что нужно.
Она поставила на стол колбочку и достала с нижних полок шкафа один высокий хрустальный бокал с вырезанными на нем прозрачными глазами. За тем я увидела, как она вылила внутрь всю черноту из сосуда и с довольным видом поднесла мне.
Я вопросительно подняла брови, делая вид, что не понимаю.
- Ты должна это выпить, - нахмурилась она.
- Зачем? - я постаралась взглянуть на неё самым глупым взглядом, из всех, что были мне доступны. Даже в мыслях я не хотела пить эту странную жижу. От неё шёл сильный запах полыни и земли. Иначе говоря - полыни и чёрной плесени. Хотя, возможно, это был не самый плохой аромат.
Самигина вздохнула недовольно.
- Ты обязалась во всём слушаться меня.
- А вдруг ты меня отравить хочешь? Почему я должна вот так, без вопросов и пить эту гадость?
- Потому что её даю тебе я, твоя единственная надежда в этом Доме, - острым, словно лезвие кухонного ножа, голосом ответила она.
"Ты - ужасное низкорослое чудовище, одно из самых уродливых созданий, что мне приходилось видеть, и будь моя воля, ты была бы последней, кому я доверилась" - хотела сказать я, но лишь молча взяла бокал. Но, судя по хитрым глазам, глядевшим на меня исподлобья, она знала это и без слов.
- Так и быть, - вдруг сказала Самигина, отвернувшись, словно ей наскучило играть со мной, - у тебя в руках жидкость, называемая у нас - Живой Тьмой. Если его выпить, светлое начало потухнет, и в душе выпившего проснётся Зло. Напиток довольно редок, но я знаю выходы, - усмехнулась демоница.
Бокал у меня в руке мелко задрожал.
- Зачем это нужно? И это навсегда?